Структура русского слова - Учебное пособие (Николаев Г.А.)

I. структура слова в системе формообразования

 

Структура слова в системе формообразования вскрывается в ходе формо-

образовательного анализа.

 

Формообразовательный анализ. Формообразование является частью грамматики и представляет ее деривационную (образовательную) сторону, формообразование - это процесс образования грамматических форм слова, по- мимо формообразования грамматика занимается также изучением системы грамматических форм слова, которые после их возникновения (формообразова- ния) упорядочиваются в грамматической системе, входя в те или иные грамма- тические (или словоизменительные) парадигмы.

Таким образом, каждую грамматическую форму слова можно представить (и изучать) и как результат формообразования, и как единицу грамматической системы.

Образование грамматической формы слова может происходить разными путями. Выделяют несколько способов образования грамматических форм, ос- новным среди которых является способ аффиксации, т.е. образование грамма- тической формы путем присоединения формообразующего аффикса к основе слова. Каждая грамматическая форма, таким образом, представляет в русском языке единство двух структурных элементов - формообразующей основы слова и формообразующего аффикса (форманта: флексии, или окончания, суффикса и т.п.): вод-е, весел-ый, выш-е.

Выделяются два типа формообразовательного анализа: формообразова- ние (в узком смысле слова) - образование несинтаксических форм слова (на- пример, образование степеней сравнения прилагательных), которое происходит на базе формообразующей основы путем присоединения формообразующего суффикса; словоизменение - образование синтаксических форм слова (скло- нение, спряжение), которое осуществляется при помощи флексии (окончания), причем образование таких форм происходит как бы путем мены формантов (в склонении и спряжении). В словоизменении выделяется исходная форма слова (в склонении - это форма именительного падежа, в спряжении – инфинитивная форма) и вторичные (косвенные) формы. Исследователи усматривают между прямой и косвенными формами определенную семантическую зависимость (се- мантическое  формообразование,  по  терминологии  А.В.Бондарко  [Бондарко

1976: 23]). Однако мы не можем сказать, что косвенные формы образованы от прямых (например, форма родительного падежа образована от формы имени- тельного). В несинтаксических формах слов деривационная зависимость (на- пример, зависимость сравнительной степени от положительной) выглядит более четко оформленной. Это позволило ученым относить такие формы к фактам не формообразования, а словообразования. Отношения типа весел(ый) – весел-ее, можно сказать, равны отношениям типа весел(ый) – весел-ье (с формальной точки зрения). Однако эта точка зрения не стала определяющей в науке, так как семантическая наполненность этих схем оказывалась разной.

 

В наших дальнейших рассуждениях мы будем учитывать разные возможно- сти образования грамматических форм слова, но будем говорить о формообра- зовании в широком смысле слова, включая сюда образование синтаксических и несинтаксических форм. Образование грамматических форм слова при помощи аффиксальной морфемы называется морфемным (или аффиксальным) формо- образованием.

В русском языке (как и в большинстве языков индоевропейской семьи) по- мимо аффиксального формообразования существует безаффиксное образова- ние грамматических форм слова. Оно осуществляется за счет изменения грам- матического значения формы слова без изменений в ее структуре. Такой способ образования грамматических форм слова называется семантическим формооб- разованием [Балалыкина 1985: 21]. К семантическому формообразованию отно- сятся случаи безморфемного образования временных форм глагола на основе других форм времени: I) будущего простого на базе настоящего: Я будущей вес- ной уезжаю за границу (И.Тургенев); 2) будущего простого на базе прошедшего совершенного: Отнимите у меня перо - и я помер (А.Чехов); 3) настоящего на базе будущего: Живем в одном городе, а увидишься раз в неделю (А.Остров- ский); 4) прошедшего на базе настоящего: Матвей уходит  и, немного погодя, приносит на плечах громадный деревянный круг (А.Чехов) и др.

Структура семантически образованных грамматических форм омонимична структуре их производящих форм, поэтому в нашей работе будут анализиро- ваться грамматические формы, образованные аффиксальным путем.

 

Принципы формообразовательного анализа. Целью формообразова- тельного анализа является обнаружение грамматической формы слова, то есть бинарного (двухэлементного) единства основы слова и формообразующего по- казателя (аффикса). Выделение основы и формообразующего аффикса опира- ется на строгие правила анализа, а именно на сопоставление форм данного слова (т.е. его словоформ) в парадигме.

Указание школьного учебника на то, что основа слова выделяется путем отбрасывания окончания, является неприемлемым, так как сразу же возникает вопрос - как выделить окончание? Если следовать рекомендациям школьного учебника, то можно и в слове кино выделить основу кин- и окончание -о, по- скольку слово это относится к существительным среднего рода, а эти существи- тельные имеют в исходной форме (т.е. форме именительного падежа) оконча- ние -о.

Чтобы избежать недоразумений, нужно формообразовательный анализ (в частности, выделение основы слова и окончания) производить только путем со- поставления разных форм данного слова в парадигме (т.е. в системе склонения или спряжения). Именно это позволит нам правильно выделить основу и окон- чание в изменяющемся слове, обнаружить в нем формообразовательную струк- туру (основу плюс окончание), как, например, в слове окн-о (ср.: окн-а, окн-у и т.п.). Именно это не позволит нам выделять "основу" и "окончание" в неизме- няющихся словах типа кино, пальто.

Принимая этот принцип, следует принять и то, что нельзя сопоставлять при формообразовательном анализе "случайные" формы, пусть это будут и формы данного слова. Необходимо сопоставлять формы слова в парадигме, т.е. в сис- теме форм (система склонения и система спряжения). Особенно это относится к глаголам. Ни в коем случае нельзя сопоставлять, например, формы настоящего

 

и прошедшего времен глагола (уезжаю и уезжал). Дело в том, что эти формы образованы от разных основ: формы настоящего времени - от основы настоя- щего времени, а формы прошедшего времени - от основы инфинитива, или не- определенной формы глагола.

Известно, что в глаголе выделяются две основы: I) основа настоящего вре- мени (из сопоставления форм в парадигме настоящего времени): пиш-у, пиш- ешь, пиш-ет, пиш-ем, пиш-ете, пиш-ут (основа пиш-), обычно основу настоя- щего времени принято определять по третьему лицу множественного числа и 2) основа инфинитива (писать), которую учебники рекомендуют определять путем отбрасывания показателя инфинитива  -ть (или -ти: принес-ти). Формально это оправдано, но определять основу инфинитива путем отбрасывания -ть  (-ти) это все равно, что определять основу изменяющихся слов путем отбрасывания окончания, не указав, как выделять окончания в слове. При определении основы инфинитива тоже необходимо соблюдать принцип соотнесенности форм. Осно- ву инфинитива можно безошибочно определить путем сопоставления форм ин- финитива, прошедшего времени, причастий прошедшего времени и дееприча- стий совершенного вида:

сходи-ть

написа-ть

 

сходи-л(а)

написа-л(а)

 

сходи-вш(ий)

написа-вш(ий)

 

сходи-в

написа-в

и т.п.

Что касается основы настоящего времени, то она выделяется в парадигме глагола настоящего времени несовершенного вида (или будущего простого у глаголов совершенного вида), в формах повелительного наклонения (пиш-и), в причастиях настоящего времени (пиш-ущ(ий)) и деепричастий несовершенного вида (смотр-я или пиш-а - устаревшая форма).

Проводя формообразовательный анализ глагола, нужно иметь в виду, что основа инфинитива, оканчивающаяся на согласную (глаголы первого спряжения типа нести, грызть), совпадает с основой настоящего времени: нес-ти (нес-ла)

- нес-ут (нес-и) и т.п.

Итак, при проведении формообразовательного анализа необходимо посто-

янно соблюдать принцип сопоставления форм слова.

В результате формообразовательного анализа в словоформе выделаются две структурные единицы: формообразующая основа (ее традиционно называ- ют "основой слова") и формообразовательный формант.

Основу слова школьные учебники определяют как "часть слова без оконча- ния". Аналогичные определения основы дают и вузовские учебники: "Основа слова - это часть слова, которая остается, если отнять от слова окончание" [Земская 1973: 6]. Такие определения являются чисто формальными. Они не раскрывают содержание понятия "основа слова", а показывают (причем в чисто механическом плане) условия выделения основы в слове. Основа слова - мор- фологическая единица, а потому она должна быть определена через ее морфо- логическую специфику.

Важнейшей чертой структурной единицы в системе формообразования (словоизменения) должна быть та, которая раскрывает ее отношение к слово- изменению, ее роль в этой системе. Такой чертой основы слова является ее морфологическая неизменяемость, противопоставленная изменяемости формо-

 

образующего элемента в пределах системы форм одного слова (например, в парадигме).

Учитывая это, предлагаем такое определение основы слова в системе формообразования (словоизменения): основа слова - это морфологически не- изменяемая часть слова, противопоставленная в системе словоформ (или форм слова) морфологически изменяющемуся аффиксу. Это определение основы слова можно давать и школьникам (освободив его от некоторых терминологиче- ских сложностей, не упрощая, однако, сути определения): основа слова - это не- изменяемая часть слова, которая противопоставлена в разных формах этого слова изменяющемуся окончанию (например, вод-а, вод-ы, вод-е; пиш-у, пиш- ешь, пиш-ет и т.д.).

Преподавателю русского языка в школе (и в вузе) важно знать, что формо- образующая основа слова характеризуется именно морфологической неизме- няемостью, т.е. во всех словоформах она представлена одним и тем же (тожде- ственным) составом морфем, морфологическая неизменяемость основы сохра- няет единство слова, его тождество во всех грамматических формах.

Отмечая морфологическую неизменяемость основы слова в системе сло- воизменения как главную черту формообразующей основы, мы должны, вслед за В.А. Богородицким, признать возможными фонетические изменения основы в разных формах слова. Например, основа слова год в системе склонения пред- ставлена такими фонетическими вариантами: Им.ед. гот-, Род.ед. гóд-а, Предл.ед. гóд’-е, Им.мн. гад-á и т.д. [Богородицкий 1935: 92]. Фонетические раз- новидности (варианты) основы не влияют на ее морфологическую неизменяе- мость, фонетические варианты основы обусловлены живыми произносительны- ми нормами русского языка или отражают чередования, имеющие глубокие ис- торические корни. Ср., например, чередования типа "беглость гласных" в словах с суффиксом -ец (ловец - ловц-а - ловц-у и т.д.), связанные с процессом падения редуцированных в истории русского языка.

Так или иначе, но принцип нахождения основы слова сохраняется и в этих случаях (соотнесенность форм слова), и граница между основой и аффиксом (окончанием) проходит там, где кончается неизменяемая часть слова (с учетом фонетических изменений) и начинается изменяющаяся его часть. Морфологиче- ская неизменяемость основы, заключающаяся в тождестве ее морфемного со- става, соотносится с более или менее постоянным фонетическим ее обликом, так как основными средствами оформления любой единицы в языке являются фонетические средства. Но даже при наличии определенных фонетических из- менений основы ее общий фонетический облик сохраняется, и основа легко на- ходится в системе ее фонетических вариантов (ловец / ловц-).

Вторым элементом формообразовательной структуры слова является формообразующий аффикс. В русском языке основным формообразующим аффиксом является окончание (или флексия). Окончание выделяется обычно в формах склонения и спряжения. Что касается других форм слова, то они обра- зуются за счет присоединения к основе суффиксов, приставок и других морфо- логических элементов. Так, при помощи суффиксов образуются степени сравне- ния прилагательных и наречий: быстр(ый) - быстр-ее - быстр-ейш(ий), быст- ро - быстр-ее и т.п. В именном формообразовании использование суффиксов и префиксов мало показательно.

Использование суффиксов, приставок и других подобных морфем харак-

терно для глагольного формообразования. Так, прошедшее время глагола обра-

 

зуется при помощи суффикса -л- (писа-ть  - писа-л(а)); императив образуется при помощи суффикса -и- (пиш-и, ид-и); видовые формы глагола образуются при помощи суффиксов (сбросить - сбрас-ыва-ть) или приставок (делать - сделать).  Все это нужно учитывать при проведении формообразовательного анализа. И здесь главным принципом будет сопоставление разных форм одного слова. Проводя формообразовательный анализ путем сопоставления разных форм одного слова, находящихся в связях друг с другом, мы не должны ничего отбрасывать в словоформе, необходимо рассматривать словоформу как бинар- ное (двуэлементное) единство в системе других словоформ. Такой подход к формам слова ведет к развитию языкового мышления у обучающихся.

Уровень развития языкового мышления применительно к формообразова- тельному анализу можно проверить на тех примерах, выделение словоизмени- тельной структуры которых осложнено разными моментами.

Определенные трудности при формообразовательном анализе вызывают те слова, основа которых завершается фонемой < j > «йот». Трудности эти во многом обусловлены отсутствием в русской графике специальной буквы для пе- редачи на письме данной фонемы. Она, как известно, передается на письме по- разному. В ряде случаев фонема йот (и ее вариант и-неслоговое) передается

буквой й (бойня, война и т.п.). В других случаях йот входит в звуковое содержа- ние букв я, ё, ю, е, открывающих слово или слог (яма, ёлка, юрта, енот, по- ехать, вояка, поют и т.п.) или стоящих после разделительных ъ и ь, (вьюга, въезд, объявление и т.п.). Нужно иметь в виду также тот факт, что фонема

«йот», стоящая перед гласной фонемой и, ассимилируется с ней и поглощается ею. Так, йот, стоящий в исходе основы слова армиj-а, поглощается в форме ро- дительного единственного арми(-j)-и. О морфологическом членении таких основ

будет сказано ниже.

В связи с отсутствием в русской графике буквы, которая во всех позициях обозначала бы звук j (йот), при формообразовательном анализе слов с йотовой основой нельзя ориентироваться на написание слова, как это делается в школе, необходимо учитывать звуковой состав слова и вводить элементы транскрипции (т.е. обозначать обязательно в слове j). Так, анализируя слово знание, мы, при- бегнув к методу сопоставления падежных форм этого слова, можем неправиль- но провести границу между основой и окончанием, если будем ориентироваться на написание слова: знани-е, знани-я и т.д. Здесь обязательно нужно учитывать наличие < j > в основе, для чего необходимо представить соответствующие сло- воформы в транскрипции:

знаниj-е, знаниj-а, знаниj-у.

Итак, слово знание имеет основу не знани-, а знаниj-.

Приобретенные учащимися на уроках фонетики сведения по фонетической транскрипции не останутся, таким образом, без применения. Они будут актуали- зированы при изучении состава слова. К сожалению, учителя очень редко прибе- гают к такому методу выделения основы и окончания в подобных словах, и учени- ки (а нередко и сами учителя) допускают здесь ошибки, выделяя основу знани- и окончания -е, -я, -ю и т.п. или основу знан- и окончания –ие, -ия и т.д. Тем самым неверно трактуется формообразующая структура этого типа слов, а следова- тельно, нарушается основной принцип анализа и разрушается возможность нау- чить обучающегося логическому мышлению на примерах этого анализа.

 

Подобные ошибки провоцируются введением системы графического обо- значения отдельных элементов слова. Окончание по этой системе нужно заклю- чать в квадрат. И если ученик не затранскрибирует конец слова (финаль, исход), а учитель ему не подскажет это сделать, то неизвестно, какое окончание помес- тит ученик в этот квадратик: -я или -ия (в слове армия), -е или -ие (в слове зна- ние) и т.д. Единственно верное решение этих примеров таково:

армиj-а            знаниj-е

армиj-у           знаниj-а          и т.п.

Поглощение йота основы окончанием -и, в некоторых падежных формах. слова армия (армии) представляет собой чисто фонетическое явление и не от- ражается на сути морфологических элементов слова. В этих случаях мы должны выделять основу арми(j), а не арми-, оговаривая имеющие место фонетические изменения. Сокращение (усечение) морфемы в слове может произойти только по морфологическим, а не фонетическим причинам, и это нужно твердо усвоить студентам, учителям и ученикам, с такого рода фактами мы еще будем встре- чаться при проведении анализа структуры слова.

Частичную транскрипцию словоформ необходимо проводить и в тех словах, в которых перед окончаниями -я, -ю, -е и др. стоит мягкий знак (ь); воскресенье (воскресенj-е) - воскресенья (воскресенj-а) и т.д.

Итак, основным формообразующим элементом слова является флексия. Там, где грамматическое значение выражается при помощи суффикса, обычно присутствует и флексия. Чистая суффиксация в формообразовании наблюдает- ся только в несклоняемых и неспрягаемых формах; например, при образовании форм сравнительной степени прилагательных и наречий, образовании инфини- тива и деепричастий, флексия сопровождает суффиксацию при образовании

превосходной степени прилагательных (мудр-ейш-ий, мудр-ейш-ая, мудр-ейш- ее), при образовании причастий, прошедшего времени глагола, императива (ид- и, ид-и-те).

Суффиксы в составе грамматических форм выражают определенное грам- матическое значение (например, значение вида, сравнительной или превосход- ной степени и т.д.) и, как правило, монозначны по своей семантике флексии, на-

против, одновременно выражают несколько грамматических значений, но они не являются многозначными, а определяются как синкретичные, поскольку нельзя отделить одно грамматическое значение от другого даже при помощи разных контекстов. Так, окончание в имени существительном передает одновременно значение числа и падежа, а в единственном числе - и значение рода. Окончание в глаголе передает значение числа и лица.

Синкретизм других формообразующих аффиксов заключается в том, что

они одновременно передают грамматические значения и выполняют словообра- зовательные функции (например, при образовании вида, залога в глаголе). В связи с этим полную грамматическую характеристику передают в глаголе (и превосходной степени прилагательных) суффиксы и флексии. В отличие от именной формы, которая имеет одно членение и является бинарной, передавая за счет синкретичности флексии сразу все грамматические значения формы, в глаголе полная грамматическая характеристика слова достигается путем серии бинарных противопоставлений. Так, противопоставление ходи-ть - ходи-л дает нам форму и значение времени (значение рода, числа, вида и др. не выражены); противопоставление ходил - ходила дает нам значение рода, ходил - ходили - значение числа и г.д. Таким образом, каждый раз мы выявляем какие-то опре-

 

деленные значения через бинарную оппозицию. Так или иначе, грамматическая форма всегда в принципе бинарна и включает в себя основу и формообразую- щий показатель.

Однако в русском языке имеются такие формы, которые, казалось бы, не от- вечают принципу бинарности. Создается впечатление, что эти формы включают или две основы, или два форманта. Таковы, например, сложные числительные типа пятьдесят. При склонении у них изменяются, как говорится в учебниках, обе части: пятидесяти, пятьюдесятью и т.д., поэтому в этих случаях выделя- ются две основы и два окончания. Однако по логике законов русского формооб- разования здесь нужно выделять одну сложную прерывистую основу и один сложный прерывистый формант: в слове пятидесяти основа пят΄- …десят΄-,  а формант …и…и. В русской морфологии мы будем часто иметь дело с прерыви- стыми элементами как в формообразовании, так и в словообразовании.

Прерывистые основы встречаются также и в некоторых глагольных формах на –ся: умыва-ют-ся, стуч-ат-ся и т.п. Аффиксальный элемент –ся входит в этих глаголах в состав основы, окончания же стоят перед этим элементом. Как видим, выделение прерывистых морфологических элементов при формообра- зовательном анализе представляет этот тип анализа как довольно сложную процедуру, однако все эти сложности логически обусловлены и не должны вы- зывать особых трудностей для их усвоения как учителями, так и обучающимися.

Определенные трудности при формообразовательном анализе вызывают те слова, формы которых строятся с использованием разных основ. Так, от разных основ образуются формы единственного и множественного числа некоторых суще- ствительных. Например, у слова сын в ед. числе формы образуются от основы сын- (сын-а, сын-у, сын-ом и т.д.); во множ. числе падежные формы этого слова образуются от основы сыновj- (сыновj-а, сыновj-ам, сыновj-ами, сыновj-ах). Как ви- дим, при образовании форм множ. числа слова сын используется специальный суффикс –овj-. Аналогичную картину мы наблюдаем при анализе слов типа муж, зять, брат и др., образование форм множ. числа которых проходит с использова- нием суффикса -j-. Ср.: ед. число – муж-а, муж-у, муж-ем и т.д.; мн. число – мужj-а, мужj-ам, мужj-ами и т.д.

В русском языке имеются и такие слова, образование форм единственного числа которых ведется при помощи специального сингулятивного суффикса -ин, в то время как формы множ. числа образуются без суффикса: крестьянин - кресть- янин-а - крестьянин-у и .т.д., но крестьян-е - крестьян-ам - крестьян-ами и т.д.

Наконец, нужно отметить и такие имена существительные, образование форм ед. и множ. числа которых сопровождается специальными суффиксами. Речь идет о словах типа теленок - телята, поросенок - поросята. В ед. числе они имеют суффикс -онок. который во множ. числе заменяется суффиксом -ат-; ср.:

теленк-а          телят-ам теленк-у     телят-ах.

Во всех приведенных случаях мы имеем дело с разноосновными, но одно- корневыми формами слов. Однако разноосновность при формообразовании может складываться при использовании разнокоренных форм. Речь идет о формах с супплетивными основами типа ребенок - дети,  человек - люди, я - ме-

ня, он - его. Все эти примеры говорят о богатстве русского формообразования, и это разнообразие не должно игнорироваться при изучении структуры слова, оно должно учитываться и объясняться учителем.

 

Нельзя пройти мимо разноосновности форм и внутри одной числовой пара-

дигмы, с чем мы сталкиваемся в словах с так называемым наращением основ (имя

- имени, мать - матери и т.п.). Подробнее об этих случаях будет сказано ниже.

 

Нулевые  окончания. На примере нулевых окончаний можно видеть, как достижения науки становятся, в конце концов, предметом изучения в школе. О нулевых окончаниях в языке впервые стали говорить ученые в конце XIX века. Приоритет в открытии нулевых морфем принадлежит ученым России - И.А. Бо- дуэну де Куртенэ, основоположнику Казанской лингвистической школы, Ф.Ф. Фортунатову, главе Московской школы лингвистики [Балалыкина 1985: 124]. В XX веке понятие нулевых морфем в формообразовании прочно вошло в вузов- ские учебники. И только в 60-х годах нашего столетия нулевые окончания были признаны школьной программой русского языка, в чем большая заслуга принад- лежит Н.М. Шанскому, под редакцией которого разрабатывались новые учебни- ки русского языка для средней школы.

На каком основании выделяются нулевые окончания? Во-первых, на осно- вании соотнесенности словоформ в парадигме. Морфема (здесь: окончание) - это обязательно носитель типового (здесь: грамматического) значения, в пара- дигме каждая словоформа обладает каким-то грамматическим значением, кото- рое имеет однотипное выражение в системе парадигматических форм. Русские словоизменительные парадигмы имен и глаголов используют для оформления грамматических значений окончание. Однако в парадигматических рядах совре- менного русского языка (прежде всего - в парадигме имен существительных) имеются звенья, в которых отсутствуют фонетически выраженные формообра- зующие показатели (окончания).

Наиболее ярким примером таких звеньев являются формы именительного падежа единственного числа существительных мужского рода: сын, отец, стол, конь, край и т.п., а также существительных женского рода третьего склонения: мышь, степь, ночь, лошадь и др. Эти слова входят в парадигмы склонения, в которых формы косвенных падежей (за исключением винительного в случаях совпадения его с именительным) имеют соответствующие окончания, которые передают соответствующие грамматические значения. Логика формообразова- ния, закон парадигмы требуют: грамматические значения им. и вин. падежей ед. числа передаются также окончаниями, которые не имеют, в отличие от других окончаний парадигматического ряда, звукового выражения, т.е. нулевыми окон- чаниями: стол-□ стол-а - стол-у и т.д. Знаком □ (как и в школе) мы будем обо- значать нулевые окончания.

Во-вторых, наличие окончаний, не имеющих звукового выражения (нулевых окончаний), подтверждается тем, что в других случаях значения именительного - винительного падежей ед. числа существительных мужского рода передаются окончаниями, имеющими звуковое выражение:

Им.ед. : брат-□ – воевод-а –подмастерj-е,

Род.ед.: брат-а - воевод-ы – подмастерj -а.

В истории русского языка слова с нулевыми окончаниями имели выражен- ные фонетически флексии: стол-ъ, брат-ъ, сын-ъ, кон-ь и т.д. Окончания оформлялись здесь звуками ъ и ь. Позднее (в XII веке) эти звуки исчезли из фо- нетической системы русского языка, а окончания потеряли звуковое выражение, но это не означало, что вместе со звуками ъ и ь исчезло и окончание: ведь окон- чание - это морфологическая единица, оно подчиняется не фонетическим, а

 

морфологическим законам. Исчезновение звука не перевело эти слова в разряд несклоняемых, а коль скоро они склоняются, окончания должны быть во всех падежных формах, в том числе и тех, в которых отсутствует звуковое выраже- ние флексии, т.е. в формах с нулевым окончанием.

Отметим случаи, в которых имеются нулевые окончания:

1) им. пад. ед. числа существительных муж. рода типа стол, день, край;

вин. падеж неодушевленных существительных этого типа;

2) им.-вин. пад. ед. числа существительных женск. рода третьего склонения типа мышь, ночь, степь, а также слово путь;

3) род. пад. множ. числа у существительных женского рода склонения на -а

(жен-□, вод-□ , княгин'-□ , земел'-□ и др.) и существительных среднего рода (сёл-

□ , окон-□, пятен-□ и т.п.);

4) род. множ. числа некоторых существительных муж. рода, выступающих со значением: а) рода войск: солдат-□, гусар-□, кирасир-□ и т.п.; б) националь- ности:татар-□, армян-□ и др.; в) меры веса: грамм-□, килограмм-□ (вариантные формы: грамм-ов, килограмм-ов); г) парных предметов: чулок-□, брюк-□ и т.п.; д) в слове сын: сыновья - сыновей-□ и др.;

5) в известной мере сюда относятся существительные на -мя (имя, время, племя, темя и др.), если учесть, что в русском языке имеется историческое че- редование я//ен (на месте носового звука в древнерусском языке, оставившего рефлексы типа сжать -сжинать, взять  - взимать и т.п.); при таком подходе я//ен являются частью основы, и в им.-вин. ед. числа будет выделяться нулевое окончание: имя-□, имен-и;

6) краткие прилагательные муж. рода ед. числа: бел-□ бел-а - бел-о, цве-

тист-□ - цветист-а - цветист-о и т.д.;

7) краткие страдательные причастия прошедшего времени муж. рода ед.

числа им. падежа: зван-□, ранен-□;

8) в количественных числительных один-□ (ср.: одн-а, одн-о), от пяти до двадцати, тридцать, сорок, пятьдесят...восемьдесят, а также от пятьсот до девятьсот, миллион, миллиард и др.;

9) местоимения: притяжательные муж. рода (мой, твой, свой. ваш, наш и т.д.), определительные (сам, весь и др.); о нулевых окончаниях в личных место- имениях см. ниже;

10) глагол прошедшего времени муж. рода ед. числа, а также формы сосла-

гательного наклонения: писал-□ (ср.: писал-а). писал-□ бы (ср.: писал-а бы) и др.;

11) формы императива ед. числа 2 лица: ид-и-□ , но: ид-и-те и др.

Во всех приведенных случаях и им подобных в школьном курсе русского языка следует выделять нулевые окончания, не подменяя понятия "нулевое окончание" выражением "форма (или слово) без окончания". Следует помнить, что это разные вещи: не имеют окончания только неизменяемые слова типа ки- но, пальто, кенгуру, бра; в этих словах нельзя выделить ни нулевого, ни мате- риально выраженного окончания (например, окончание -о, в слове кино или окончание -у в слове кенгуру). С другой стороны, в изменяемых словах мы обя- зательно должны выделять флексию, даже если она фонетически не выражена; в последнем случае - нулевую флексию. Такая постановка вопроса тоже ведет к развитию логического мышления у учащихся на материале родного языка.

Категория нулевых формообразующих показателей включает в себя не только нулевые окончания, но и нулевые формообразующие суффиксы. Осо- бенно это касается глагольных временных форм и форм наклонения. Сравнивая

 

формы прошедшего времени от глаголов, основа которых оканчивается на со- гласный (нести, везти, мочь и др.), мы видим, что формы женского и среднего родов имеют в структуре суффикс прошедшего времени -л- (нес-л-а, нес-л-о; мог-л-а, мог-л-о и т.д.), в то время как в формах мужского рода этот суффикс отсутствует. На основании противопоставления родовых форм прошедшего времени глагола мы должны в формах мужского рода выделять нулевой суф- фикс прошедшего времени (передаем нулевые суффиксы знаком ø), осложнен- ный нулевым окончанием мужского рода: нес- ø-□, мог- ø-□, вёз- ø-□ и т.п. Итак, полная родовая парадигма форм прошедшего времени выглядит так; стриг- ø-□

- стриг-л-а - стриг-л-о; во множ. числе - стриг-л-и.

Отсутствие суффикса -л- в формах мужского рода прошедшего времени глагола  имеет  историческое  объяснение.  Искони  этот  суффикс  здесь  был (моглъ, неслъ, везлъ, стриглъ и т.п.). После падения редуцированных гласных на конце слова скопилось несколько согласных, которые затрудняли произно- шение слова (несл, берёгл и т.п.). Носители языка воспользовались сущест- вующей в языке возможностью упрощения групп согласных. Это упрощение произошло за счет опущения звука л (смычно-проходного), который выполнял в языке определенную морфологическую функцию - был суффиксом прошедшего времени. Опущение согласного л произошло по чисто фонетическим причинам, в результате в системе форм прошедшего времени появились нулевые формо- образующие суффиксы.

Между прочим, в системе прошедших времен русского глагола еще в до- письменный период произошли фонетические изменения, которые необходимо учитывать при формообразовательном анализе современного языкового мате- риала. Речь идет опять-таки о фонетических изменениях в формах глагола, вы- званных стечением согласных. Эти изменения касались только тех глаголов, ос- нова инфинитива которых оканчивалась на согласные д или т (типа вести, мести). Присоединение суффикса -лъ влекло за собой появление в словофор- ме сочетаний -тл- и –дл- которые, в связи с особенностями древневосточно- славянской фонетики, разрушались в восточнославянских языках за счет опу- щения взрывного д или т: плести - пле(т)-лъ, вести - ве(д)-лъ и т.п. Этот про- цесс был очень древним в хронологическом плане и не зависел от падения ре- дуцированных [Иванов 1964: 80]..

Как мы должны проводить формообразовательный анализ тех глаголов в современном русском языке, конечный согласный основы которых опущен во всех формах прошедшего времени: вел - вела - вело - вели; мёл - мела - мело - мели и т.п.? Проводя границу между основой и формообразующим аффиксом (здесь: суффиксом), мы должны восстанавливать утраченный согласный на ос-

новании сопоставления этих форм с другими глагольными формами, возникши- ми на базе инфинитива: привес-ти - привед-ш-ий - приве(д)-л-а. Как видим, ос- нова в этих формах представлена фонетическими вариантами привед-, привес-, приве(д)-. Мы должны отметить чередование д//с или т//с в этих формах, а также факт усечения основы при образовании форм прошедшего времени мужского рода. Явление усечения весьма показательно для структуры русского слова и встречается как в формообразовании, так и в словообразовании, лишний раз

напоминая о параллелизме (изоморфизме) этих двух систем.

Нулевой формообразующий суффикс отмечается также в формах повели- тельного наклонения (императива) с ударением на основе: сядь (сяд'-ø), встань (встан'-ø) и др. Прежде здесь был суффикс -и-. Однако находясь в безударной

 

конечной позиции, он редуцировался (на фонетическом уровне), утратил звуко- вое выражение и стал нулевым, фонетический процесс утраты конечного без- ударного и был весьма характерен для русского языка ХIV - ХVI веков. Его ли- шились не только формы императива, но также инфинитива (ходити  - ходить, носити - носить, знати - знать и т.п.) и второго лица ед. числа глаголов на- стоящего - будущего времени (ходиши - ходишь, запишеши - запишешь). Здесь фонетические процессы тоже привели к изменению фонетической выраженно- сти морфемы, но не привели к ее исчезновению. В случае полной утраты фоне- тического выражения эта морфема не утрачивалась, а превращалась в нулевую.

 

Формообразование отдельных языковых единиц. Здесь мы рассмотрим принципы формообразовательного анализа тех языковых единиц, которые вы- зывают или определенные трудности при проведении анализа, или анализиру- ются по-разному.

Инфинитив. В русском языке инфинитив (или неопределенная форма гла- гола) имеет разные формальные показатели. Если ударение падает на основу, то  формообразующим  аффиксом  является  суффикс  -ть  (падать, писать  и т.п.); если ударение падает на показатель инфинитива, то инфинитивный аф- фикс имеет вид -ти (идти, нести, пасти и т.п.). Выделяется также группа гла-

голов на -чь (стричь, беречь, мочь и т.д.). Необходимо знать формообразова-

тельную структуру каждой из этих групп глагола.

Основное число глаголов в современном русском языке имеет в качестве инфинитивного показателя аффикс -ть. Формант -ти имеют глаголы, основа инфинитива которых оканчивается на согласный и совпадает с основой настоя- щего времени, в обратном словаре отмечено 274 таких глагола, среди которых встречаются и устаревшие глаголы типа снити (= сойти) и густи (= гудеть). Формы последнего (гуду, гудешь, гудет, гудут) встречаются в русской класси- ческой литературе XIX века и должны быть объяснены ученикам. Ср.: Идет- гудёт зеленый шум (Н.Некрасов). Глаголов на чь еще меньше - 212.

Основной вопрос формообразовательного анализа инфинитива - как квали- фицировать инфинитивные показатели -ть и -ти? Научная грамматика относит их к формообразующим суффиксам, школьная - с недавнего времени - к окончаниям. Прежние учебники русского языка для средней школы под редакцией академика Л.В.Щербы и сменившие их - под редакцией чл.-корр. АН СССР С.Г.Бархударова рассматривали -ть и -ти тоже как суффиксы. К окончаниям эти показатели были отнесены в учебниках под редакцией Н.М.Шанского (с 60-х гг. нашего столетия). С нашей точки зрения, пересмотр статуса инфинитивных показателей не имеет под собой научных оснований, а сделан исключительно в целях упрощения школьного материала. Это как раз тот случай упрощенчества, который не идет на пользу де- лу, не развивает логического мышления у учащихся, а является примером произ- вола методистов и насилия над языковым материалом.

Аргументы сторонников причисления инфинитивного -ть (-ти) к окончани- ям с наибольшей полнотой привел в своей заметке "Суффикс или окончание -ть, (-ти) в инфинитиве?" М.Т.Баранов [Баранов 1972: 124-126]. Они сводятся к сле- дующему: I) инфинитив является исходной формой глагола, открывающей его парадигму, поэтому к ней нельзя отнести параметр изменяемости - неизменяе- мости, как, например, к первому лицу настоящего времени; 2) как исходная сло- воформа инфинитив входит в парадигму глагола и образуется при помощи окончания -ть, (-ти), которое в других формах парадигмы заменяется на другие

 

окончания; 3) показатель инфинитива ведет себя как окончание, не отражаясь в тех формах и словах, которые образуются от инфинитива: купа(ть) - купа-ние, куп-ель, купальник..., купающийся, купаясь. То же наблюдается в именах, когда при  словообразовании  окончание  производящей  основы  отсекается:  вод(а) - вод-ный. вод-ица и т.д. Суффикс, входящий в производящую основу, словообра- зующий он или формообразующий, переходит в другое слово: кружок – кружо- чек, водяной - водянистый,  улыбаться  - улыбаясь, улыбающийся.

К сожалению, автор статьи обходит вопрос о двух основах в глаголе, иллю- стрируя тезис о единой парадигме глагола словоформами глагола нести, отно- сящегося, как было показано выше, к небольшой группе глаголов с основой на согласную, в которых основа инфинитива и основа настоящего времени совпа- дают в современном русском языке. Такого типа глаголы не показательны в ка- честве аргумента, поскольку они составляют ничтожное меньшинство по срав- нению с несколькими десятками тысяч глаголов (по меньшей мере, не менее трех десятков тысяч, по обратному словарю), в которых формы образуются по двум основам - основе инфинитива и настоящего времени. Глаголы, в которых эти две основы совпадают, по количеству не превышают одной тысячи. Итак, инфинитив, конечно, является исходной формой глагола, но говорить о единой парадигме глагола не приходится. А коль скоро, это так, то мы не можем "предъявлять требования" к инфинитиву менять свое "окончание" -ть на окон- чание -у первого лица настоящего времени, а следовательно, настаивать на том, что инфинитивный показатель есть окончание.

Не соответствуют языковым фактам и утверждения о том, что словообра- зующие (и даже формообразующие) суффиксы сохраняются при образовании новых слов или форм и переходят в составе производящей основы в новые сло- ва и формы. Известны многочисленные случаи усечения суффиксов при слово- образовании и формообразовании. Так, при образовании от инфинитива глагола имен существительных усекается не только инфинитивный показатель, но не- редко - сам суффикс глагола. Собственно, это можно проиллюстрировать при- мерами самого М.Т.Баранова: при образовании слова купель вместе с показа- телем -ть был усечен и суффикс -а- (куп-а-ть - куп-ель). При образовании сравнительной степени наречий отсекается суффикс –о положительной степени (быстр-о - быстр-ее и т.п.). Не будем же мы на этом основании относить на- речный суффикс к окончаниям. Таким образом, мы считаем, что приведенные аргументы не могут убедить нас отнести инфинитивный показатель к окончани- ям. Конечно, за многие сотни лет языкового существования этот показатель предельно формализовался и, возможно, несет в себе какие-то черты флексии. Но относить его к флексии все же нет оснований.

Если быть последовательным в формообразовательном анализе, то окон- чание в слове нужно выделять в парадигме, в системе окончаний, т.е. в системе противопоставленности их основе и другим окончаниям. На каком основании выделяется показатель инфинитива? Он выделяется путем сопоставления тех форм, которые образованы от инфинитивной основы: форм прошедшего време- ни, причастий прошедшего времени и деепричастий совершенного вида:

сходи – ть сходи – л - а сходи – вш - ий сходи – в.

 

Как видим, показатель инфинитива -ть (и -ти) выделяется в системе суф- фиксов, а не окончаний. Основа ходи- ни в одной из форм не может быть ослож- нена окончанием, а только суффиксом. Эта своего рода "связанная основа" в глагольном формообразовании подтверждает, что показатель инфинитива - суффикс.

Сторонники трактовки показателя инфинитива как окончания могут привес- ти аналогичный ряд с основой настоящего времени: нес-у – нес-ущ-ий – нес-и, где основа настоящего времени осложняется суффиксами, однако это не за- ставляет нас принять –у за суффикс. С этим нельзя не согласиться, как и с тем, что суффиксом может быть осложнена в принципе любая основа, особенно если она участвует в словообразовании. Но окончанием может быть осложнена не всякая основа, а только та, которая осложняется системой окончаний, а не од- ним. Окончание –у в настоящем времени выделено в системе окончаний, а не в системе суффиксов, как основа инфинитива. Все это подтверждает, что показа- тель инфинитива – суффикс, а не окончание.

Особые трудности вызывает выделение основы и суффикса инфинитива в глаголах на -чь (печь, стричь, мочь, влечь и др.). Школьные методики рекомен- дуют рассматривать инфинитивные формы этих глаголов как формы с нулевым окончанием (видимо потому, что здесь отсутствует показатель –ть, а отсутствие формального показателя для некоторых филологов и есть собственно нулевой показатель, нулевое окончание, коль скоро в инфинитиве стали выделять окон- чание -ть). Что касается конечного ч, то его рекомендуют понимать как резуль- тат чередования конечного согласного основы. Такая трактовка может быть как- то оправдана в случае, если чередуются согласные к//ч (например, в глаголах печь – пёк, течь – тёк, сечь - сёк, уволочь - уволок и др.). Но большинство этих глаголов имеет в основе конечный г, который никогда в русском языке не чере- довался с ч (стричь – стриг, беречь – берег, мочь – мог, лечь – лег и др.). Итак, рекомендации школьных методик антинаучны и тем самым вредны, так как они не способствуют формированию системных знаний по русскому языку и раз- витию логического мышления на родном языковом материале.

Чтобы решить этот вопрос в учебно-методическом плане, нужно, безуслов- но, исходить из научных представлений по этому вопросу как в аспекте генезиса этих глаголов, так и в плане возможного толкования их структуры с опорой на современную систему отношений в русской морфологии.

Исторически ч в инфинитиве этих глаголов есть результат изменения соче-

таний –кт-, -гт- перед гласным переднего ряда (здесь: и): пекти – печи, могти

– мочи. Сочетание –кт- (и –гт-) включало в себя конечный согласный основы инфинитива и начальный согласный инфинитивного суффикса. Таким образом, в аффрикате ч фонетически слиты два звука соседних морфем, а потому аф- фрикату можно рассматривать как одновременно принадлежащую основе и аф- фиксу.

Анализируя эти глаголы в современном русском языке, мы должны учиты- вать состав этого -чь. Фонетический процесс, приведший к этому чередованию, перестал действовать в русском языке еще в древнейшую пору, но результат процесса сохранился в группе глаголов. В то же время сохранились и основные структурные характеристики инфинитивной формы, которая в абсолютном большинстве глаголов четко выделяет бинарный состав - основу и аффикс -ть (-ти) Незначительное число глаголов на -чь не может решительно влиять на статус-кво  инфинитивной  структуры.  Их  структура  может  быть  рассмотрена

 

только как вариант основной структуры, как структура, осложненная фонетиче- скими изменениями. Она должна получить интерпретацию через основную ин- финитивную структуру.

В связи с этим наиболее верное решение, отражающее логику формообра- зовательного анализа, будет заключаться в том, что глаголы на -чь в современ- ном русском языке имеют тоже двусоставную структуру. Эта двусоставная структура включает в себя основу инфинитива на заднеязычный согласный и аффикс -ть. Но необходимо признать, что в данном случае происходит своеоб- разное наложение конечного согласного основы на согласный суффикса и фо- нетическое изменение в результате этого наложения. Фактически это значит признать здесь историческое изменение кт//ч и гт//ч, как, например, мы при- знаём исторические чередования в однокорневых словах и формах, связанные с наличием в древности носовых гласных (жать - жму, сжать - сжинать и др.).

Полагаем, следует выделить здесь наложение морфем с фонетическим из- менением. Явление наложения довольно широко распространено в словообра- зовании. Правда, там наложение сопровождается другим фонетическим изме- нением – гаплологией, т.е. устранением совпадающих звуковых отрезков, по- скольку наложение в словообразовании наблюдается только в случаях, когда конец одной морфемы и начало другой фонетически совпадают (знаменоносец

– знаменосец, розововатый – розоватый и др.). В формообразовании мы име- ем дело с наложением разных фонетических элементов морфем, поэтому про- исходит не устранение одного из звуков, а слияние двух звуков в один, хотя и сложный (аффрикату).

Итак, глаголы типа мочь, печь предлагается разбирать так же, как и другие глаголы, выделяя у них основу (мог-, пек-), извлеченную путем сопоставления инфинитива с формами прошедшего времени или причастиями, где эта основа представлена без чередований, и суффикс -ть, отмечая, что в данном случае происходит наложение морфем, вызывающее изменение кт//ч или гт//ч. Такое решение является наиболее адекватным современным системным отношениям в формообразовании, служит ярким подтверждением параллелизма формооб- разования и словообразования и верно в плане историческом. Другие решения ориентируются на чисто формальную сторону, упрощая и обедняя содержание формообразовательного анализа.

В заключение остановимся на глаголе грести. Школьные учебники предла- гают выделять здесь основу гре- и окончание –сти, давая пример закостенело- го формализма в решении языковых вопросов. Морфемы -сти в глаголе никогда не существовало, тем более в статусе окончания, и не может возникнуть даже путем переразложения, поскольку при переразложении интегрируются морфе- мы, а не части морфем [Богородицкий 1935: 102]. Выделение "окончания" -сти в глаголе грести есть свидетельство полной беспомощности современной мето- дической науки о русском языке, а может быть, и непонимания специфики язы- ковых процессов и отношений, т.е. теоретической неосведомленности.

Сопоставление инфинитива грести и образованных на его основе форм прошедшего времени (грёб), причастий (греб-ш-ий) и др. ясно показывает, что основа инфинитива имеет вид греб-. Однако в инфинитивной форме она реали- зована в виде грес-. В русском языке никогда не было чередования б//с, поэтому мы не можем говорить здесь о фонетическом чередовании. Как принято гово- рить в науке, в данном случае наблюдается нерегулярное изменение основы (или нерегулярное соотношение основ): греб-//грес-.  С явлением нерегулярного

 

соотношения основ мы можем встретиться и в словообразовании (буржуа - бур- жуазный) [Винокур 1959: 432], лишний раз получая подтверждение параллель- ности систем слово- и формообразования. Поэтому при анализе этого глагола необходимо выделять основу грес- (как нерегулярный вариант основы греб-) и суффикс инфинитива -ти.

Считаем необходимым дать исторический комментарий предлагаемому решению. При образовании инфинитива этого глагола возникло труднопроизно- симое сочетание согласных: гребти. По действующему в древнерусском языке закону открытого слога это сочетание должно было преобразоваться. Сущест- вовало несколько путей преобразования сочетания: I) превратить его в удобо- произносимое (путем диссимиляции), 2) вставить между согласными неоргани- ческий гласный звук, 3) упростить сочетание, устранив один из согласных. В древнерусском языке были "опробованы" два пути. В некоторых источниках встречается глагол с упрощенным сочетанием: грети. Но закрепилось в языке другое решение: в этом глаголе произошли изменения по типу других глаголов с основой на согласную: ведти  - вести, метти - мести, гребти - грести. Но ес- ли в случаях с сочетанием тт и дт диссимиляция была закономерна, то в гла- голе грести произошла редкая аналогия изменениям в указанных группах.

Возвратные глаголы. Известна традиция считать, что возвратные глаго- лы образуются при помощи частицы -ся. Специалистам известно также, что "частица" -ся по происхождению есть энклитическая форма винительного паде- жа единственного числа местоимения себя. Первоначально возвратность в рус- ском языке имела аналитическое выражение: местоимение ся выступало в этих конструкциях как самостоятельная часть речи и могло занимать любую позицию в предложении. Ср.: нъ кунами ся выкупати (Русская Правда).

С развитием языка это местоимение в постпозиции срасталось с глаголом в инфинитивной форме. Случаи слияния местоимений с другими словами извест- ны в русском языке: тот час - тотчас, сей час - сейчас, сего дня - сегодня и т.д. Это явление называется сращением и представляет один из способов сло- вообразования.

Слившееся с глаголом местоимение ся получило в науке о русском языке название «возвратная частица –ся». Такое наименование, долго державшееся в лингвистике, противоречило статусу частицы как части речи. Если ся есть час- тица, то это самостоятельная часть речи (хотя и служебная), следовательно, она должна писаться с глаголом раздельно. Если же она пишется с другим сло- вом слитно, это не часть речи, а часть слова, морфема. А поскольку -ся не кор- невая морфема, значит, это аффикс. К такому выводу пришла научная и мето- дическая мысль в середине прошлого столетия. Однако в квалификации этого аффикса научная и школьная грамматики разошлись.

Учебники русского языка в школе называют -ся суффиксом. Этот большой шаг вперед по сравнению с теми учебниками, которые рассматривали -ся как возвратную частицу. Название «суффикс» аффикс -ся получил, видимо, потому, что он стоит после корня, а в постпозиции обычно стоят суффиксы, однако в от- личие от «нормального» суффикса -ся стоит не перед окончанием, а после него (развлекают-ся). Это отличие -ся от суффикса и лежит в основе того, что науч- ная грамматика квалифицировала –ся как постфикс.

Нетрудно догадаться, почему в школьной грамматике -ся называется суффик- сом. Авторами учебника, видимо, руководило стремление не переполнять школь- ной терминологии по русскому языку. Думается, однако, что введение термина

 

постфикс в систему наименований аффиксов (префикс - суффикс - постфикс) не повлияло бы отрицательно на овладение школьниками языковым материалом. Напротив, адекватное наименование новой языковой единицы способствовало бы укреплению в знаниях учащихся специфики суффикса как такового в его противо- поставленности префиксу (приставке) и постфиксу. Называние же -ся суффиксом может вызвать недоразумение у думающих школьников.

Дело в том, что в параграфе учебника о суффиксе сказано, что суффикс - это часть слова, которая стоит между корнем и окончанием (естественно, в из- меняющемся слове) или после корня (в неизменяющемся слове, например, в наречиях). В то же время аффикс -ся (или его вариант -сь) стоит в слове после окончания (умывал-а-сь) или после другого формообразующего аффикса (умы- ва-ть-ся). Аффикс -ся присоединяется не к основе слова, как суффикс, а к це- лому слову в готовом виде, как, например, приставка. Только приставка присое- диняется к слову в препозиции (в передней позиции), а постфикс -ся - в постпо- зиции, т.е. после окончания.

В трактовке аффикса -ся в школе можно пойти двумя путями: или сохранить за ним наименование "суффикс", но тогда необходимо "уточнить" понятие суф- фикса, которое, прямо скажем, "оправдает" неверное толкование учебника, рас- ходящееся с научным толкованием этого элемента; или все же назвать его так, как он именуется в науке - постфикс, ввести это понятие в школьную грамматику и раскрыть его содержание. Последнее отражает правду факта, а потому это не запутает учащихся (они, наоборот, запутаны всякими упрощениями, разбиваю- щими систему языка), поможет им кратчайшим путем постичь истину. Постиже- ние же истины обогатит интеллект учащегося при изучении языка и снимет в оп- ределенной мере трудности при овладении орфографическими навыками.

Местоимения. При анализе слова по составу местоимения обычно не привлекаются в качестве объекта исследования. Возможно, это отразится и в будущем, но учитель-словесник должен знать, как нужно анализировать не только легко поддающиеся языковые примеры (существительные, прилагатель- ные, глаголы), но и те факты, которые представляют определенные трудности для анализа в системе формообразования. Трудности анализа местоимений связаны, во-первых, с широко представленным в системе местоименного фор- мообразования супплетивизмом основ (я - меня - мы - нас и т.д.); во-вторых, с необычностью самих окончаний; в-третьих, с непонятной формой именительно- го падежа ед. и мн. числа.

Научная грамматика русскою языка, разработанная учеными Института русско- го языка Российской Академии наук, предлагает разбирать местоимения в аспекте формообразования следующим образом [Русская грамматика 1980, I: 535-536]:

 

Личные местоимения

 

 

Единственное число

Множественное число

И.

я-ø

ты- ø

он-ø

он-о

он-а

м-ы

в-ы

он-и

Р.

мен'-а

теб'-а

j-егo

j-егo

j-её

н-ас

в-ас

(j)-их

Д.

мн'-е

теб'-е

j-ему

j-ему

j-ей

н-ам

в-ам

(j)-им

В.

мен'-а

теб'-а

j-его

он-о

j-её

н-ас

в-ас

j)-их

Т.

мн-ой

тоб-ой

(j)-им

(j)-им

j-ей

н-ами

в-ами

(j)-ими

П.

мн'-е

теб'-е

о н-ём

о н-ём

о н-ей

о н-ас

о в-ас

о н-их

 

Итак, в им. падеже ед. числа в местоимениях я, ты, он выделяются нуле- вые окончания. В местоимении 3 лица выделяется основа –j-, которая поглоща- ется фонетически (но не морфологически) перед флексийным и, поэтому на схеме она заключена в скобки. Несмотря на фонетическое поглощение и, основа существует и ее нужно выделять при анализе. Основа на схеме отделена от окончания дефисом.

Супплетивизм основ при склонении личных местоимений характерен не только для русского языка, но и для других языков индоевропейской семьи. Об этом нужно сказать учащимся, сославшись на те языки, которые они изучают. Ср.: русск. - я - меня, нем. iсh – mich, франц. - jе -moi, англ. - i - mе. латин. – ego - mei и т.д. Этимологический анализ показывает, что все эти местоимения в раз- ных индоевропейских языках восходят к одному корню eg(o) – iсh – j(е) – i(); русск. я восходит к древнерусскому язъ (jазъ), в котором звук з возник как пози- ционное изменение звука *g [Фасмер 1987 IV: 538].

Трудности для формообразовательного анализа представляют только неко- торые так называемые местоимения-существительные (личные и возвратное). Ме- стоимения вопросительно-относительные (кто, что,) и образованные от них при помощи аффиксов -то, -либо, -нибудь и кое- неопределенные местоимения или образованные от них же приставочные (не- и ни-) отрицательные и неопределен- ные местоимения склоняются как местоимения-прилагательные (определитель- ные, притяжательные и др.). Обычно затруднения вызывают только формы имени- тельного падежа ед. числа. Приводим здесь некоторые из этих форм: кт-о, к-ого; чт-о, ч-его; нект-о, нечт-о, никт-о, ничт-о; наш-, ваш-, мой-, моj-его; вес΄- и т.п.

Требуют комментария неопределенные местоимения, образованные при помощи аффиксов -то,  -либо, -нибудь. Эти аффиксы относятся к кпассу пост- фиксов, присоединяются непосредственно к окончанию и не меняют своей пози- ции при словоизменении: кт-о-то, к-ого-то, к-ому-то и т.д.; чт-о-либо, ч-его- либо, ч-ему-либо и т.д.; кт-о-нибудь, к-ого-нибудь  и т.д. В примерах полужир- ным курсивом выделены окончания. Корневая морфема и постфикс составляют основу слова. Эта основа не изменяется при склонении и представляет собой прерывистую основу (кт...то, к...то и т.д.).

Безусловно, формообразовательный анализ местоимений сильно отлича- ется от анализа имен или глаголов, поэтому он может представить определен- ные трудности для школьников. Однако принципы формообразовательного ана- лиза местоимений те же, что и других частей речи. Любой лингвистический ана- лиз верен только тогда, когда все факты языка анализируются с одинаковых по- зиций. К сожалению, школьная методика не всегда следует этому правилу и приспосабливает принципы анализа к разным частям речи в связи с их специ- фикой. Но специфика части речи как раз и вскрывается при анализе, исполь- зующем одни принципы применительно к разным языковым фактам.

Формообразовательный анализ, как видим, труден спецификой местоимен- ной парадигмы. Мы не можем настаивать на включении его в школьную про- грамму, но словесник должен быть в курсе дела, тем более, что любознатель- ные ученики могут спросить у своего учителя о структуре местоимений, как это случилось в одной из казанских школ. Это и послужило поводом ознакомить с формообразовательным  анализом  студентов-филологов,  а  также  учителей  и всех желающих углубить свои знания по русскому языку.

 

Замечание  к формообразовательному анализу  частей речи. Как мы те- перь знаем, формообразовательный анализ, базирующийся на едином принци- пе – принципе сопоставления форм при поисках бинарной формы слова (основа и формант), - приводит к разным результатам у разных частей речи. Кроме того, в каждой части речи имеются слова, анализ которых с точки зрения формообра- зования не представляет большой трудности. Однако в каждой части речи при формообразовательном анализе могут встретиться слова (или группы слов), ко- торые не укладываются в привычные схемы операции. Это заставляет нас кон- спективно обозреть каждую часть речи, обращая внимание на возможные труд- ности при анализе состава слова.

Имя существительное. Основные группы существительных не вызывают затруднений при их рассмотрении в аспекте формообразования. Следует обра- тить в этом плане внимание на следующие классы имен:

1) Несклоняемые существительные; они не анализируются в аспекте фор- мообразования, и конечные гласные у них не являются окончаниями (кино, амп- луа, кенгуру, такси и т.п.); вместе с тем эти гласные иногда ведут себя как окончания: они, например, усекаются при образовании слов от данных имен (пальто – пальт-овый); это не должно заставлять нас подвергнуть их формооб-

разовательному анализу, но иметь в виду такие случаи необходимо и, возмож- но, использовать их для углубления знаний обучающихся; так или иначе, именно такие факты развивают диалектическое мышление у учеников на материале родного языка.

2) Слова с «нарушениями» в косвенных падежах типа имя – имени, мать – матери, чудо – чудеса, теленок – телята. Выше мы уже останавливались на этих случаях. Если в паре теленок – телята наблюдается противопоставление

форм единственного числа формам множественного путем замены суффикса – онок- на суффикс –ат-, то в других примерах мы имеем разные явления. Собст- венно в паре чудо – чудеса тоже имеется противопоставление форм ед. и мн. числа, так как “наращение” (суффикс –ес-) проявляется только в формах мн. числа; ед. число имеет типичную парадигму слов среднего рода: чуд-о, чуд-а, чуд-у и т.д. В первых двух случаях имеем противопоставление исходного и кос-

венных падежей. При этом в слове мать (а также дочь) в им. пад. следует вы- делять нулевое окончание (при отсутствии суффикса –ер-). Что касается первой пары (а также еще нескольких пар такого типа: знамя, племя, темя и др.), то им. ед. числа может быть интерпретирован двояко: или как форма с окончанием –а (выражено буквой –я: им-я, тем-я, знам-я и т.п.), тогда формы косвенных паде- жей кроме окончаний, выделяют суффикс -ен-; или как форма с нулевым окон- чанием и чередованием а//ен, восходящим к носовым гласным древности (ср.:

звенеть - звякать и др.). В последнем случае снимается противопоставление форм им. и косвенных падежей как суффиксальных бессуффиксной. Форма им. падежа ед. числа противопоставлена в таком случае как форма с нулевым окон- чанием косвенным падежам с ненулевыми окончаниями. В парадигме имеется еще одна форма с нулевым окончанием: форма род. множ. - имен-, знамен- и др. От формы им. ед. числа эти формы отличаются только чередованием а//ен.

Оба эти решения имеют своего рода натяжки; в обоих случаях в им. ед. числа

выделяется необычное для среднего рода окончание: или –а(я), или нулевое. Так или иначе, но слова эти меняются, значит, все формы парадигмы должны иметь окончания. В школе можно выбрать любое из этих решений. Но лучше бу- дет, если учитель предложит ученикам оба решения.

 

Разные решения на уроках русского языка, взаимно исключающие одно другое, но оба верные в своей системе отношений, - явление, вероятно, нети- пичное для школы. Даже на уроках математики, предмета, чаще других допус- кающего разные подходы к решению задач, редко учитываются разные резуль- таты при их решении. Чаще всего предлагается к единому "ответу" идти разны- ми путями. Тем не менее, в языке имеется много случаев, которые могут быть интерпретированы по-разному. Знающий и мыслящий учитель должен прини- мать это как нормальное положение вещей, открывающее путь к познанию грамматики языкового факта, поскольку языковой материал - это материал, имеющий богатую историю становления и развития, а потому вмещающий в се- бе часто прежние и современные отношения. Правильное понимание факта языка не может получиться путем отсечения одного типа отношений (как это часто делается в школьной грамматике в целях упрощения). Отсечение, упро- щение ведет к искажению факта, затрудняет его понимание, осознание, а это влечет за собой неумение зафиксировать правильно этот факт на письме, т.е. ведет к безграмотности.

3) Безусловно, определенные трудности для понимания представляют сло- ва и формы с нулевыми окончаниями (см. выше). Это нужно иметь в виду и со- ответственно реагировать на возможные вопросы.

4) Трудности для формообразовательного анализа представляют и слова типа плащ-палатка, изба-читальня  и т.п. Это своего рода составные слова, ко- торые встречаются в знаменательных частях речи (тотчас, долгоиграющий, Новгород и т.п.). В существительных этого типа выделяются две группы слов: в одних при склонении изменяются обе части (подошел к избе-читальне),  у дру- гих - только одна (вторая) часть (завернулся в плащ-палатку, вышел в плащ-

палатке и т.п.). Последние не представляют трудности для формообразова- тельного анализа: они выделяют сложную основу и окончание (как и другие сложные слова). Что касается первых, то такого рода способ формообразования мы встречали в числительных типа пятьдесят (см. выше).

5) В русском языке имеется много имен существительных, которые склоня-

ются как прилагательные. В школьной грамматике их еще называют прилага- тельными, перешедшими в существительные. Непонятно, что же это такое: при- лагательные или существительные? Безусловно, их нужно относить к существи- тельным (они обозначают предмет, отвечают на вопрос существительного, вы- полняют в предложении синтаксические функции, свойственные существитель- ным и т.д.). В то же время при склонении они выделяют окончания, омонимич- ные окончаниям прилагательных: часов-ой – часов-ого – часов-ому и т.д. (ср.: часов-ой механизм); о способе образования этих слов будет сказано ниже.

Итак, при анализе имен существительных в системе формообразования (словоизменения) встречается много случаев, представляющих определенные трудности. Некоторые из них мы здесь разобрали. Всех фактов такого типа, ко- нечно, не учтешь, поэтому учителю предоставляется широкая возможность про- явить свои творческие способности на уроках русского языка. Нужно помнить, что разного рода исключения разнообразят скучные закономерности и способст- вуют лучшему усвоению этих закономерностей, сознательному их усвоению.

Имя прилагательное. Рассматривая формообразование имен прилага- тельных, необходимо обращать внимание на следующие группы адъективов, отличающихся в чем-то от полных прилагательных, анализ которых в аспекте словоизменения не вызывает особых затруднений: I) краткие прилагательные,

 

которые изменяются только по родам (в ед. числе) и числам, при этом в мужском роде дают нулевое окончание, выделяемое на основании сопоставления родо- вых форм кратких прилагательных: умен-ø- умн-а – умн-о - умн-ы (в основе от- мечаем беглость гласного о, графически передаваемого через ё); 2) прилага- тельные, происшедшие от причастий (традиционно считающиеся результатом перехода причастий в прилагательные): ведущий специалист; если при формо- образовательном анализе причастий мы должны выделить формообразующий суффикс, то при разборе прилагательных отпричастного типа следует выделять только окончание, так как они образованы не морфемным путем (суффиксаль- но), а семантическим способом (т.е. бессуффиксно); 3) также мы должны анали- зировать и те прилагательные, которые образованы путем семантического сра- щения, выделяя в них только основу и окончания: быстрорастворим-ый (бы- строрастворим-ая и т.д.), слабокисл-ый (слабокисл-ого и т.д.) и т.п.; 4) особо отмечаем несклоняемые прилагательные типа беж, джерси, макси, мини, рег- лан, мокко и т.п., как их рассматривает грамматика Академии наук [Русская грамматика 1990: 239]. Однако есть все основания (здесь мы их не рассматри- ваем) относить подобные слова к именам существительным. Та же академиче- ская грамматика приводит случаи употребления этих слов как субстантивов: костюм из джерси, мода на макси, мини и т.п. Правда, она считает, что эти сло- ва могут быть одновременно и прилагательными и существительными. С этим нельзя согласиться: можно говорить об омонимии, но не об одновременном вы- делении обеих категорий, как при синкретизме.

Имя числительное. Числительные имеют сложную характеристику в ас- пекте словоизменения. Порядковые числительные склоняются как прилагатель- ные. Видимо, на этом основании академическая грамматика не выделяет поряд- ковых числительных, рассматривая их как прилагательные. Эта точка зрения разделяется далеко не всеми лингвистами и не принята школой. Мы рассматри- ваем их традиционно, считая, что особых трудностей при формообразователь- ном анализе порядковые числительные не вызывают.

Не останавливаясь здесь на склонении других числительных (это хорошо подано в учебной литературе), отметим только, что и в случае с этой частью ре- чи нужно исходить из общих принципов формообразовательного анализа - со- поставления форм - и выделять в словоформах действительно то, что в них вы- деляется на основании сопоставления. Отметим, что в числительных на -десят склоняются обе составляющие эти слова части (см. выше): пят-и-десят-и и т.п. Похоже изменяются и числительные со второй частью -сот: пят-и-сот-, пят-и- ст-ам, пят-ью-ст-ами  и т.д. (сложная прерывистая основа сложное прерыви- стое окончание).

В числительном полтора в исходной форме выделяется окончание -а на основании сопоставления ее с формой женского рода: полтора - полтор-ы; в косвенных падежах изменяется, так сказать, стык двух основ в середине слово- формы: пол-у-тор-а. Сейчас трудно сказать, как квалифицировать структуру словоформы этого числительного. Вряд ли будет верным расценивать измене- ния в этом числительном при склонении как изменения в основе слова, т.е. от- носить это к нерегулярным изменениям основы. Формы числительного полтора следует рассматривать, как в чем-то аналогичные числительным на -десят  и - сот. В таком случае мы должны выделять своего рода "внутреннее окончание" - у. Ведь фактически изменение слова полтора происходит исключительно за счет этого "окончания" –у, в то время как флексия -а, оказывается выключенной

 

из процесса формообразования и поддерживается только существующей в язы- ке формой женского рода. Так или иначе, но в решении подобных вопросов не- обходимо предоставить учителю большую творческую свободу. Конечно, решать этот вопрос необходимо на основании законов (принципов) формообразования (словоизменения). Но поскольку в ряде случаев возможны альтернативные ре- шения, то такую альтернативу можно допустить и здесь.

Местоимения были подробно рассмотрены выше, поэтому мы не повторяем сказанного.

Глагол. Наиболее сложным для формообразовательного анализа является глагол. Сложности эти заключаются в том, что глагол сосредоточил в себе изме- няемые и неизменяемые формы (к последним относятся инфинитив и дееприча- стия), спрягаемые и склоняемые формы (к последним относятся причастия), со- единил в изменяемых формах флексийные, суффиксальные и префиксальные, а спрягаемые формы образует от двух основ - основы настоящего времени и основы инфинитива. Таким образом, в глаголе объединено несколько способов формооб- разования, что нужно учитывать при анализе глагольных словоформ.

В этом разделе мы обратим внимание только на те глаголы, которые в древности составляли класс так называемых атематических глаголов. В древне- славянских языках было пять таких глаголов, сейчас осталось (в измененном виде) два непроизводных глагола (дать и есть) и ряд производных от них пре- фиксальных глаголов (отдать, выдать, подать, передать и т.д.; съесть, доесть, заесть, проесть и т.д.). Известно, что при спряжении (в настоящем или будущем простом) они выделяют "необычные" окончания: да-м, да-шь, дас-т, дад-им, дад-ите,  дад-ут и др. Судя по соотношению форм, в склонении этого глагола выделяется основа да(д)-, которая в ед. числе выступает в несколько измененном виде по сравнению с множ. числом: в I и 2 лице - да-, в 3 лице дас- (учитывая изменение д в с; ср.: вес-ти, но вед-у). Основа инфинитива этого гла- гола имеет вид да-ть, что подтверждается в соотношении форм: да-ть - да-л-а - да-вш-ий и др.

В глаголе есть выделяются следующие структуры: е-м, е-шь, ес-т, ед-им, ед- ите, ед-ят. В инфинитиве, вероятнее всего, выделяется основа ес-ть (с из д). По правилам образования причастных форм от глаголов на -сть (правда, не всех) ис- пользуется суффикс прошедшего времени -вш-, а потому основа выступает с глас- ной на конце (пасть - павший, украсть - укравший, есть - евший и т.п.).

К сожалению, в данном пособии, объем которого ограничен, мы не можем разобрать другие случаи глагольного формообразования. Да это, наверное, и не нужно делать, поскольку главное - это овладеть правилами формообразова- тельного анализа и применять их к любому случаю не метафизически, а диалек- тически, допуская возможные в пределах этих правил варианты, опираясь на вариантные случаи грамматической системы глагола. Нужно помнить, что наря- ду со случаями идеальной формообразовательной структуры в каждой части речи имеется немало фактов аномального характера. Выше мы старались при- вести наиболее типичные отклонения от формообразовательного идеала: усе- чения основы (иногда аффикса), наращения в основе, мену аффиксов, наложе- ние морфем, прерывистость элементов слова (основ и аффиксов), нулевые формообразующие показатели и др. С аналогичными отклонениями приходится иметь дело и при словообразовательном анализе, к рассмотрению которого мы переходим.