Религиоведение - Учебное пособие (Гараджа В.И.)

2. религия и политика

В наш век религии вступили с грузом традиции сопротивления новым знаниями движениям за обновление общества. Господству­ющие церкви пользовались поддержкой государства и официальным признанием, решительно выступая против демократических движений. В результате в широких слоях населения многих стран  было распространено убеждение, что религия не помогает угнетен­ным и эксплуатируемым в борьбе за лучшие условия существова­ния, а часто препятствует их усилиям.

В то время, когда социальные волнения и стремление к демок­ратизации общества охватили весь мир, религия оставалась опло­том тех сил, которые противились любым переменам, стремились сохранить старые порядки. На этом фоне укреплялось влияние марксизма; его критика религии как реакционной социальной силы находила отклик в определенных социальных слоях. Религия в том виде, как она существовала в начале века, подверглась справедливой критике за то, что она занимается потусторонними проблемами, в то время как человек страдает здесь и сейчас. Эта критика была обращена и на католическую иерархию европейских и латиноамериканских стран, и на русскую православную церковь, прислуживавшую самодержавию, и на протестантские церкви, защи­щавшие интересы высших и средних классов в Англии, Северной Америке, Бельгии, Германии, и на мусульманских улемов, озабочен­ных прежде всего интересами крупных землевладельцев.

Первая мировая война, унесшая 10 млн. жизней, подорвала веру во всеблагого бога, разумность и справедливость установленных им социальных порядков. Она значительно подорвала доверие к цер­ковным властям, оправдывающим “свои правительства”, их учас­тие в войне. Церкви — и прежде всего римско-католическая — дискредитировали себя поддержкой одиозных и антинародных режимов в различных странах.

После первой мировой войны религия понесла весьма ощути­мые потери. В Советской России большевики развернули активную {религиозную пропаганду, развенчивая церковь и духовенство как опору ненавистных порядков, свергнутых революцией. Про­грессивные преобразования, происходившие во многих странах, шли под антирелигиозными лозунгами. Так, в Турции шариат, мусульманский закон, был заменен западным правовым кодексом и обычаями. Антирелигиозные движения Китая имели значитель­ное влияние на общественную жизнь других азиатских и латино­американских стран.

Однако уже в 20—30-е годы, и в особенности после окончания второй мировой войны, вступили в действие факторы, способство­вавшие укреплению позиций религии, росту ее влияния. Кризис европейской цивилизации, последовавший за первой мировой войной, подрывал веру в науку и прогресс, в действенность светс­ких гуманистических ценностей. Все более очевидной становится бесчеловечность тоталитарных режимов. Христианский гуманизм был составной частью, духовной опорой антифашистского сопро­тивления.

Характерная черта идеологической жизни западного общества в XX в. — развернувшаяся борьба между христианством и марксиз­мом, сыгравшая в особенности важную роль в “холодной войне”, противоборстве двух систем в послевоенном мире. Хотя политичес­кие позиции религиозных организаций, различных церквей были неоднозначны, христианская вера воспринималась как альтернати­ва “атеистическому коммунизму”.

На почве, подготовленной кризисными факторами, в противо­вес религиозному модернизму получает развитие фундаментализм — представление о том, что мир, положившийся во всем на разум человека, запутался в противоречиях, распрях, оказался во власти насилия — братоубийственных войн, террора, геноцида. Нужно отвергнуть веру в науку и прогресс и вернуться к традиционным христианским убеждениям и ценностям.

В XX в. за “возрождение религии” выступает часть интеллигенции, в том числе некоторые видные писатели, деятели европейской культуры. К возрождению средневековых ценностей, христианских идеалов призывали Г. Честертон, Грэм Грин, А. Моруа.

В России в начале века получает развитие “религиозная фило­софия” (Н. Бердяев, С. Булгаков, С. Франк и др.), богоискательские настроения отражаются в поэзии, литературе, живописи. Свой­ственные интеллигенции начала века радикальный атеизм и враж­дебность к религии начинают уступать место в научных кругах если не принятию религии, то по крайней мере заинтересованному и терпимому отношению к ней.

Религия сумела упрочить свои позиции в послевоенном мире, включившись в движение за национальное возрождение и освобождение в разных регионах. Важную роль в послевоенном устрой­стве Европы сыграли христианско-демократические партии. Хрис­тианские церкви стали все более активно включаться в разрешение самых насущных проблем современности—экономических, поли­тических, социальных, духовных. Индуизм способствовал рожде­нию новой Индии. Активную роль в национальных движениях играли ислам, буддизм, а в африканских странах — местные религии.

Римско-католическая церковь как наиболее организованная религиозная сила мира была в авангарде антикоммунизма. Пий XII осудил в 50-е годы коммунизм как атеизм и отлучил от церкви всех членов коммунистической партии. Иоанн XXIII и Второй Вати­канский собор (1962—1965 гг.) заняли более гибкую позицию, порвав с традициями “холодной войны”: церковь должна служить интересам человека, а не той или иной системы, но она не может идти на компромисс с коммунистическим мировоззрением. Хотя диалог с марксистами, поиск путей к сотрудничеству в решении стоящих перед человечеством проблем признавался необходимым.

После окончания второй мировой войны религии более актив­но, чем когда-либо, вступают в диалог с “миром”. Они ищут возможности внести вклад в решение проблем, вставших перед обществом, и ищут в сотрудничестве с “миром”, а не в изоляции от него. Второй Ватиканский собор отразил весьма наглядно эту тенденцию, поставив задачу “повернуть церковь лицом к современ­ному миру”, к его заботам и нуждам. Религиозные организации на разных уровнях обращаются к вопросам экономической жизни, политики, демографии, но в первую очередь к проблеме предотвра­щения ядерной войны. Впервые в истории люди ощутили реальную возможность гибели цивилизации в ядерной катастрофе.

С начала 70-х годов в религиозное сознание входит новый круг вопросов, связанный с обостряющимся экологическим кризисом. Наука оказалась перед необходимостью определить границу дозво­ленного в отношении человека к природе и обществу, нравственно обосновать избираемые ею цели и средства их достижения. Пробле­ма, которую история поставила сегодня на повестку дня,—это проблема синтеза ценностей рационального (политика, наука) и духовного (этика, религия) порядка.

Религия и будущее. Религия в качестве нравственной, духовной силы получила возможность сегодня вступить в диалог с миром, судьбы которого оказались зависимыми от его нравственной состоятельности перед лицом реальных проблем общественного развития. В основе культурных ценностей, разделяемых также большинством религий, лежат универсальные, общечеловеческие ценности, такие понятия, как любовь, мир, надежда, справедли­вость.

На этой общей основе политическая, социальная, культурная деятельность религий в зависимости от многих конкретных обсто­ятельств места и времени, включая особенности и традиции каждой религии, принимает различные формы. Это может быть призыв к возрождению традиционных ценностей и ориентация на консерва­тивные социальные цели как реакция на периоды социального брожения и политической нестабильности. Такова, например, на­правленность протестантского фундаментализма в США 70—80-х годов, пропагандирующего буквальное понимание библейского учения, старомодные моральные ценности, монопольное право религии на духовную сферу жизни. И это, может быть, религиозно мотивированная ориентация на переустройство общества: напри­мер, получившая особенно широкое распространение в Латинской Америке “теология освобождения”, которая исходит из того, что нельзя быть христианином, не вступая в борьбу с социальным злом и несправедливостью, с неоколониализмом и империализмом, или — “исламская революция” 1978 г. в Иране, лидер которой аятолла Хомейни руководствовался идеями исламского возрождения.

Кризис, выявившийся в 80-е годы в бывшем Советском Союзе и ряде стран Восточной Европы, был воспринят как кризис не только оказавшейся нежизнеспособной экономической системы и политического тоталитаризма, но и в определенной степени той культуры, которая выражала себя вне религиозных форм или даже в оппозиции по отношению к существующей религиозной культу­ре. Крушение режимов, превративших идеологизированный ате­изм в символ веры и осуществлявших политику ликвидации рели­гии в качестве исторической миссии социализма, глубокий нрав­ственный кризис, остро проявившийся в этих странах, обусловили рост тенденции к возрождению религии как силы, призванной способствовать преодолению духовного кризиса общества. Во мно­гом роль религиозных объединений сегодня зависит в этих услови­ях от того, станут ли они на путь “реставрации” и будут претендо­вать на некую исключительность в обладании духовностью или смогут взаимодействовать с теми силами, которые противостоят фанатизму и иррациональности.

Во всяком случае, необходимо считаться с тем, что сегодня многие утратили веру в светскую утопию и с надеждой обращаются к идее христианской цивилизации или мусульманского общества, хотя изучение общественного мнения свидетельствует вместе с тем о падении авторитета религиозных институтов, институализированной религии, церкви, богословия. На этой основе появляются религиозные секты и группы, которые стремятся дать верующему ощущение вступления в новую жизнь и выступают как “сообщества поддержки”, которые становятся для верующих как бы “второй семьей”.

Религиям традиционным в качестве современных альтернатив противостоят многообразные суеверия, магические ритуалы, куль­ты, секты, радикальные группы. Церковь не может уже сегодня реагировать на религиозный плюрализм новой инквизицией. Она вынуждена считаться с религиозным плюрализмом, предполагаю­щим терпимость к инаковерию, а также признать, что и вне церкви многие гуманитарные движения служат общим целям спасения общества от угрозы гибели. Такова общая предпосылка диалога религий с миром и диалога между религиями.

Наряду с ростом социальной активности, диалог между религи­ями является также “знамением времени”. В послевоенные годы получило широкое распространение экуменическое движение, объединившее большую часть протестантских и православных церквей. В 1948 г. был создан Всемирный совет церквей (ВСЦ), организационно оформивший экуменическое движение. В 60-х годах в него вошла и Русская православная церковь. Экуменичес­кое движение стремится к преодолению разногласий в трактовке вероучения равными ветвями христианства, хотя и не ставит задачи создания одной церкви. В рамках ВСЦ активно разрабатываются программы борьбы с голодом, нищетой, несправедливостью, ра­сизмом, защиты окружающей среды и т. д. Римско-католическая церковь также провозглашает экуменические цели, но в ВСЦ не входит.

Как бы то ни было, сегодня стало очевидным, что старая вражда между христианскими конфессиями наносит серьезный ущерб интересам веры и должна быть преодолена. Становится очевидной необходимость диалога между крупнейшими мировыми религия­ми, который получает все большее развитие в последние годы. Если сами церкви еще не видят реальной перспективы установления универсальной единой организации, то многие светские мыслите­ли все чаще начинают высказываться за создание некоего подобия Организации объединенных религий, которая помогла бы государ­ствам, международным организациям своим моральным авторите­том в стремлениях к общему благу. Целый ряд мыслителей выска­зываются в пользу той точки зрения, что будущее принадлежит всечеловеческой, универсальной, единой для всего человечества религии.

Относительно будущего религии в настоящее врем” выска­зываются рааличные предположения. Крайние из них сводятся к тому, что религии принадлежит будущее и ее роль в жизни общества возрастети, напротив, что религия не имеет будущего и она постепен­но будет вытеснена научным мышлением, гуманистической светской этикой. Современные альтернативы организованным религиям, включая христианство, идут в двух направлениях. Одно — “пре­вращение” религиозной веры в какой-то вариант светского миро­воззрения, гуманизма и другое — развитие многообразных суеве­рий, магических ритуалов и оккультизма, в которых религиозное мироощущение сохраняется, но уходит из-под контроля церкви и “превращается” в некую современную мифологию.