Городская социология - Учебное пособие (Вагин В.В.)

Неовеберианские традиции в социологии города

Еще одной попыткой дать ответ на причину конфликтов конца 1960-х — начала 1970-х гг. предприняли британские социологи, объединенные в рамках неовеберианской традиции. Именно в результате дискуссии с этим направлением городской социологии появилось большинство работ неомарксистов.

А. Скотт (A. Scott), английский географ, отталкиваясь от идей Д. Рикардо, в противоположность Д. Харвею, объясняет развитие капитализма через динамику производства. Концепция А. Скотта хорошо объясняет феномен быстрого роста сектора бизнес-услуг в капиталистической экономике. Суть теории в том, что наряду с горизонтальной мобильностью фирм, имеющих свои филиалы и представительства по всей стране и миру, крупнейшим фирмам становится более выгодно вступать в деловые контакты с субподрядчиками. Их услуги, как показывает опыт, оказываются более дешевыми и к тому же лучшего качества. Преимущества начинают получать фирмы, которые выносят свою деятельность на международный уровень при активном использовании субподрядных фирм.

Одновременно с этим, такая организация производства вынуждает больше внимания уделять логистике (планированию поступления комплектующих) и международным экономическим связям. Японская формула производства «точно в срок» (just-in-time) предполагает минимальные издержки на хранение комплектующих и строгое следование графику производства. Естественно, такое производство возможно лишь на основе новейшей компьютерной техники и внедрении систем автоматизированного управления производством и проектированием. Следствием указанного процесса являются более высокие требования к работникам и их умениям. Именно в поисках мест, где можно обеспечить эти условия, смысл глобального движения капитала и изменения роли городов.

В 1967 г. опубликована книга П. Рекса и Р. Мура (P. Rex & R. Moore) «Раса, сообщество и конфликт», посвященная изучению внутреннего города в Бирмингеме. Результатом исследования стало изучение причин сегрегации черного населения, живущего в определенной части города, отличающейся низким доходом жителей и расовой дискриминацией. Исследователи выявили, что в британском городе существовала целая система правил, препятствовавших черному населению получить муниципальное жилье. Ученые обосновали идею «жилищного класса» как ключевого фактора городского общества. Членство в определенном жилищном классе зависит от участия человека в различного рода ассоциациях, его интересов, жизненного стиля, позиции в городской социальной структуре. Основываясь на идеях Берджесса о зонах перехода, а также веберовских идеях, они обосновали тезис: жилищная структура города — результат не рыночных сил, а борьбы различных жилищных классов. И если «социальный класс» базируется в основном вокруг рода занятий и отношения к средствам производства, то анализ жилищного класса возможен при анализе групповой способности удовлетворять нормы, регулируемые жилищными обществами (bilding societies) или местными властями. Рекс и Мур выделили семь основных жилищных классов:

Владельцы особняков в желаемых районах города.

Съемщики крупных домов, особняков в желаемых районах.

Съемщики муниципального жилья в домах, построенных местными властями.

Съемщики ветхого муниципального жилья, ждущие его разрушения.

Съемщики жилья у частных владельцев.

Домовладельцы, взимающие плату за жилье.

Жильцы в квартирах.

Ученые выявили стремление всех жилищных классов к достижению их идеала жилья в пригородах, обратной стороной которого является дальнейшее ухудшение ситуации во внутреннем городе, которую игнорируют жилищные общества и обходят своим вниманием городские власти. В то же время концентрация черного населения в гетто, дальнейшая сегрегация национальных меньшинств чреваты будущими социальными конфликтами.

Последователи П. Рекса пытались обнаружить следы жилищных классов в других странах и иных общественных системах. Так, И. Cелени (I. Сzeleny. 1969), анализируя жилищную систему Венгрии, обнаружил там следы жилищных классов, тем самым подтвердив универсальность предложенного британским социологом подхода.

Эксперимент с жильем для обеспеченных семей в Югославии, заключавшийся в строительстве более дорогого жилья для богатых, показал,  что более высокая зарплата еще недостаточное условие,  чтобы платить полную стоимость жилья. И в новом жилье живут главным образом люди с более высоким уровнем достатка. Во всех социалистических странах это подтверждалось. Осознание этого факта и попытки заставить обеспеченных платить большую цену за жилье заканчивались ничем. При социализме неравенство производит система административного перераспределения жилья.

Невозможно изменить социализм, поменяв способ перераспределения, — к такому выводу пришел ученый. Лучший способ помочь бедным — развивать рынок. Больший вклад в бесплатное жилищное строительство — помощь богатым, которые им воспользуются. Таковы лишь некоторые заключения, сделанные И. Селени по результатом совместного с Конрадом исследования.

Критики взглядов британских социологов Рекса и Мура сосредоточились на том, что эти авторы перепутали причину со следствием. Если Вы богаты, Вы можете позволить себе приобретение дома, но не Ваше приобретение дома делает Вас состоятельным. Кроме того, наличие жилья определенного типа — дело времени и является лишь идеалом достижений определенного человека. Едва ли можно ограничить количество типологических групп — жилищных классов, ибо слишком велико разнообразие типов жилья. И помимо всего прочего отнюдь не все социальные группы желают жить в пригородах. Некоторые положительно оценивают и свою жизнь во внутреннем городе.

По мнению Р. Пала (R. Pahl. 1970), в начале 70-х годов обозначились основные доминанты,  определяющие городские процессы в развитых индустриальных странах:

- имеются фундаментальные пространственные ограничения доступа к недостаточным городским ресурсам и средствам. Такие ограничения обычно выражаются в дистанциях, опосредованных временем и стоимостью;

- еще одно фундаментальное ограничение доступа к недостаточным городским ресурсам отражается в распространении власти в обществе и имеет свое видимое проявление в бюрократических правилах и процедурах, социальных «сторожах», помогающих распространять и контролировать городские ресурсы;

- население, проживающее в разных местах города, отличается по степени доступа к возможностям получать необходимые ресурсы и средства в зависимости от занимаемых ими экономических и статусных позиций. Эта ситуация предопределена структурно и может быть названа социо-пространственной или социально-экологической системой. Степень ограничения доступа к городским ресурсам зависит от тех, кто контролирует процесс доступа — менеджеров системы;

- конфликты в подобной городской системе неизбежны.

В исследованиях Р. Пала отчетливо был выявлен еще один аспект анализа города — межрегиональный подход. Именно от деятельности чиновников разного уровня зависят решения как в частном, так и в общественном секторе экономики и, конечно же, в жилищном строительстве. Особая роль управленцев приводит и к новым формам социальных конфликтов, которые теперь можно усмотреть не в ценах и условиях, а в жилье и образовании.

Впоследствии взгляды Р. Пала потерпели серьезную эволюцию. Он начал активно использовать «партиативный» тезис. Его суть сводится к наличию объединяющей совокупной деятельности менеджеров всех уровней в некое единое решение, опосредованное их организацией.

Характеризуя сущность претензий ученых, придерживающихся веберианской традиции анализа социальных проблем, к марксизму можно выделить следующие их составляющие: настойчивость марксистов в структурном превосходстве материалистической теории; отказ от исторической достоверности в угоду схематическим построениям; описание действий человека, как простого агента внечеловеческих сил; постоянное использование категорий неизбежного классового конфликта.

В Британии сложилась сильная неовеберианская школа в рамках социологической теории. Ее связывают с именами Белла, Ньюби, Гидденса, Голдторпа и других. В их работах много внимания уделялось обоснованию различия подходов Маркса и Вебера к анализу основных социальных процессов.

И Маркс, и Вебер обращали внимание на конфликт. Но способы его разрешения для них существенно различаются. Для веберианской городской социологии основным является вопрос — о путях борьбы различных социальных групп за контроль в городах, а также о том, как сохраняют различные группы свою власть в городах.

Для социологов, разделяющих идеи Вебера, неприемлемо сведение сложных и разнообразных черт городского сообщества к одной детерминанте. Они ищут схожие черты в доиндустриальных и современных городах,  но избегают сведения их к некой генерализации, а в конечном счете к упрощению.

Следуя вслед за Вебером,  мы не можем делать серьезные исследования современных городов без опоры на знание прошлого этих мест. Мы должны знать, как амбиции тех или иных статусных групп или экономических институтов определили облик города. Таким образом, анализ городских центров и обществ в рамках веберианской традиции основывается на основательном историческом фундаменте.

Неовеберианцы начали разговор о новой «политической экономии» городов. В ней собственно политическое измерение является гораздо более важным,  чем экономическое. Кроме того, оно должно иметь определенную автономность. В этом смысле особую важность приобретает партийная окраска экономического развития городов,  политические причины их упадка и взлета.

Заслуживает большего внимания «интерпретативный подход» к изучению городской жизни и городских процессов. Он требует от нас объяснения возникновения идей, верований, символов и их систем. Все это вместе взятое делает возможным анализ коллективных действий на основании разделяемых значений.

Таким образом, для городских социологов неовеберианского толка в 80-е гг. особо значимыми стали вопросы: организации большего числа эмпирических исследований; необходимости изучения истории городов; анализа иерархии городов в рамках существующих систем; обеспечения мониторинга правительственной политики в отношении городов (E. Elliott, & D. Mccrone. 1982).

Подход к изучению города с точки зрения социо-пространственной перспективы

Одной из попыток избежать редукционизм, свойственный марксистскому и традиционному экологическому подходу к изучению городов, является синтетическая теория социопространственной перспективы (socio-spatial perspective — SSP). Американские социологи Д. Фегин (J. Feagin. 1983,1988.) и М. Готдинер (M. Gottdiener. 1977, 1985.) отошли от сведения своей теории к доминированию транспортных технологий в развитии городов; к циркулированию капитала; или к специфике производственного процесса в городах.

Основными отличительными чертами названного подхода являются,  во-первых, рассмотрение развития недвижимости, как важнейшей черты изменений в метрополисах. Однако если другие подходы концентрируют внимание на индустриальной, коммерческой, потребительской стороне недвижимости, SSP- подход сосредотачивается на формообразующей стороне этого фактора для роста метрополий. Во-вторых, сторонники SSP-подхода рассматривают правительственное вмешательство и интересы политиков в росте,  как принципиальный фактор изменений в городах. Другие подходы сводят правительственное участие к простому сопровождению процесса городских изменений. На самом деле у государства есть собственные интересы в развитии городской недвижимости. В-третьих, решающим фактором понимания городской жизни, с точки зрения социопространственной перспективы, является изучение культурных ориентаций. В-четвертых, понимание городских процессов невозможно без глобального видения. Города сегодня тесно связаны системой международного разделения труда, деятельностью транснациональных корпораций. Опираясь на глобальные экономические изменения, сторонники SSP-подхода пытаются определить, как местные факторы влияют на международные связи.

История капитализма в США свидетельствует об огромном значении вложений в недвижимость. Гигантские инвестиции в развитие железных дорог сопровождались также строительством городов в узловых транспортных точках. Беспрецедентный объем строительства односемейных домов в пригородах, другой фактор безудержного роста риэлтерского капитала в США.

Традиционные экологические подходы при анализе развития недвижимости обращали внимание лишь на роль технологических изменений как основы вытеснения одними социальными стратами других (push-factor). Марксистская политэкономия ставила во главу угла анализа процессы капиталистического инвестирования в промышленность и сельское хозяйство и влияние вложения инвестиций на облик местности.

В рамках SSP-подхода оформился синтетический подход, сочетающий факторы давления, связанные с изменениями в экономическом производстве, транспортными инновациями, и противодействующие факторы, в лице правительственной интервенции и деятельности риэлтеров, основанной на вторичным обращении капитала. Сторонники данного подхода пытаются совместить человеческое измерение со структурными измерениями. Они хотят знать, кто является акторами (действующими лицами изменений) и каково их поведение? Деятельность людей, вовлеченных в процесс изменения, подчиняется правилам классового поведения или же, в большей мере, таким признакам, как пол, возраст, расовые и этнические интересы? Все эти действия не рассматриваются как механизм (machine) роста.

К примеру, Фегин рассматривает разнообразие путей привлечения денег в конкретные проекты, продвигаемые девелоперами, заинтересованными в развитии недвижимости (real estate developer), и земельными спекулянтами. Агентами,  имеющими интерес в росте, являются: финансовые институты, такие как коммерческие банки, трастовые и пенсионные фонды, сберегательные и ссудные ассоциации, страховые компании и ипотечные ассоциации; брокеры по торговле недвижимостью и члены коммерческой палаты; коммунальные службы и агентства. Возможность их развития содержится в усилении привлекательности конкретного места. Таким образом, недвижимость объединяет индивидуальных акторов и структуры, которые инвестируют свои средства в недвижимость.

Готдинер на примере изучения Лонг-Айленда (Нью-Йорк) показал наличие определенных типов социальных ролей, действующих в этой сфере. Земельные спекулянты — единственная задача которых купить землю для последующей выгодной продажи. Земельные девелоперы — главной функцией которых является покупка земли в целях ее последующей застройки или приобретение существующих строений для их реконструкции в более выгодное жилье или офисы. Собственники домов — вкладывающие свои средства в другое жилье с целью его последующей продажи. Сами они не нуждаются в жилье. Местные политики, которые зависят от фондов риэлтеров, и профессионалы, получающие выгоду от процесса контроля за соблюдением государственных требований. Отдельные корпорации, частные фирмы,  фонды, намеревающиеся инвестировать в жилищное строительство, в целях получения доходов.

В отличие от подхода Логана и Молоча М. Готдинер не отделяет агентов роста и остальное население, также заинтересованное в развитии. Лишь только умозрительно можно отделить одних от других. Все чаще жители городов оказываются вкладчиками трастовых и иных фондов, вкладывающих свои средства в недвижимость. Поэтому отношения общества и пространства становятся все более усложненными и взаимопересекающимися.

SSP-подход предполагает, что рост городов — это не бесконфликтный продукт хорошо смазанной машины, это, скорее, результат сложного переговорного процесса,  затрагивающего очень разные стороны. Девелоперы должны договориться с политиками и правительственными планировщиками, группы граждан должны развеять свои сомнения на различных встречах, удовлетворены должны быть также стороны, имеющие весьма специфическое видение городского роста, такие как компании по утилизации мусора или религиозные организации.

Таким образом, городская среда является социально сконструированной, вовлекающей в себя компромисс различных групп интересов. И в этом смысле весьма существенные ограничения имеет подход к локальной политике в качестве блюстителя машины роста, использованный в концепции Логана и Молоча.

Компромисс, достигнутый в месте роста, также может иметь свою выгоду. Местные политики выступают участниками достижения компромисса. Таким образом, более точным понятием, отражающим участие различных агентов в росте потенциала места, являются — сети роста (growth networks). Под ними подразумеваются часто временные ассоциации людей (агентств), объединенные ради необходимости городского роста. Именно создание таких сетей позволяет минимизировать противодействие фракций, настроенных «за» и «против» роста. Каждое сообщество имеет собственные интересы, озвучиваемые местными политиками. Они объединяются с другими ради противодействия и поддержки противоположных или солидарных им целей. Рост — это не результат деятельности одной группы (машины роста), а часто компромисс равных возможностей.

В рамках социопространственного подхода большое внимание привлечено к особенностям культурных ориентаций в городах. Два разных города Нью-Йорк (в особой степени его центральная часть Манхеттен) и Лос-Анджелес демонстрируют совершенно отличные модели городского поведения, начиная от манеры одеваться и заканчивая образцами коммуникации. И это естественно,  плотность населения в центральной части этих двух городов несопоставима. Так же как и необходимость использования автомобиля в одном и пешеходный образ жизни в другом.