Дифференциальная психология - Учебное пособие (Кондрашихина О. А.)

3. ментальность как интегральный этнопсихологический признак

Ментальность («миропонимание») — система  взаимосвязанных представлений, отображающих духовный мир и регулирующих по- ведение человека, социальной общности, эпохи или этнокультуры. Этническая  ментальность проявляется в  доминирующем эмо- циональном фоне, в характерных особенностях мировосприятия, системе моральных норм, ценностных ориентаций, особенностях

 

поведения, межличностных взаимоотношений, в конкретных фак- тах самоорганизации этноса.

Давая возможность анализировать психический состав людей в социальном, политическом или этническом контексте, ментальность является интегральным этнопсихологическим признаком. Изуче- нию ментальности (хотя и под другими названиями) посвящены работы многих классиков психологии. Это и общие представления в душе народов (В. Вундт), и «типические коллективные пережи- вания» (Г. Г. Шпет), mentalite (Л. Леви-Брюль), работы в области базовой и модальной личности, национального характера.

Выделяют три структурных компонента ментальности: эмоцио- нальный, вербальный и поведенческий.

Среди научных исследований в области изучения ментальности традиционно присутствуют два направления:

1. Использование объективных  методов. Данный подход основан на использовании психологического тестирования. К недостаткам его можно отнести потерю целостного представления о характере на- рода, составление всего лишь «набора» качеств. В частности, К. Клак- хоном (1988) были выделены качества, присущие русским: «сердеч- ность, человечность, зависимость от прочных социальных контактов, эмоциональная  нестабильность, иррациональность,  сила, недисци- плинированность, потребность подчиняться власти», простое пере- числение которых не дает должного представления о душе народа.

2. Использование социально-исторических методов. Подход базируется на принципе социального, культурного, историческо- го детерминизма. В качестве примера реализации данного подхода можно привести гипотезу Дж. Горера о влиянии особенностей пеле- нания на формирование личности. Э. Эриксон, признавая, что тугое пеленание является распространенным во многих мировых культу- рах, утверждает, что данный обычай получил усиление именно в России. Это происходит из-за синхронизации особенностей ранней социализации детей с другими элементами русской культуры, в ко- торой можно выделить несколько паттернов чередования полной пассивности и бурной эмоциональной разрядки; примером может служить смена относительной  бездеятельности и пассивности зи- мой и активности весной и летом.

Н. А. Бердяев также подчеркивал наличие противоположных начал, легших в основу формирования русской души. Он говорил

 

о том, что в ее основе  лежат два противоположных начала: «при- родная, языческая, дионисская стихия и аскетически-монашеское православие». Именно в этом ученый видел причину  того, что русский народ в высшей степени поляризован и совмещает про- тивоположности: деспотизм — анархизм; жестокость, склонность к насилию — доброту, человечность; смирение — наглость; рабство — бунт и т.д.

Наверное, только использование двух указанных подходов в со- вокупности, сопоставление гипотез одного с экспериментальными данными другого может позволить с более или менее высокой сте- пенью точности говорить об особенностях ментальности того или иного этноса.

Некоторые особенности российской ментальности

«Загадочная русская душа» складывалась под влиянием целого ряда факторов. Прежде всего, необходимо отметить геоклимати- ческие условия, с суровым климатом, однообразным ландшафтом, огромными непроходимыми лесными массивами, которые приво- дили к  необходимости выживать сообща, осваивать  территории только усилиями значительных масс людей и невозможности су- ществовать в одиночку.

Анализируя  влияние  татаро-монгольского ига,  постоянного противостояния внешним иноземным притеснителям, многие ис- следователи подчеркивают формирование особого чувства «мы» людей, вынужденных  противостоять внешним противникам «они». Это, с одной стороны, требовало массовой концентрации населе- ния, а с другой, тормозило развитие индивидуального сознания. Указанные факторы детерминировали развитие коллективистской культуры.

Приведем несколько результатов исследований ментальности представителей российского этноса. Остается лишь отметить, что хотя данные исследования являются весьма иллюстративными,  в то же время остаются весьма спорными в некоторых случаях как интерпретация экспериментального  материала, так и сами методо- логические подходы, применяемые авторами. Перечисленные ниже исследования, выполненные как классиками науки, так и учеными, работающими в конце 20-го века, выявляют некоторые отдельные грани ментальности российского этноса.

 

В. О. Ключевский выделял такие исторически выработавшиеся характеристики российской ментальности как:

— надежду  на успех, удачу, а не на расчет, наклонность «дразнить счастье», «играть в рулетку» — знаменитый  авось. Автор счи- тает, что крайне непредсказуемые погодные и климатические условия и связанный с этим обман самых скромных ожиданий крестьянина приводят к решению противопоставить капризу природы собственную отвагу и выбрать самое безнадежное и нерасчетливое решение.

— неспособность к размеренному «плановому» труду и, напро- тив, готовность к мобилизационным моделям жизни с краткос- рочным напряжением всех сил и эмоциональным надрывом. В. О. Ключевский  отмечает:  «Короткое  русское лето умеет еще укорачиваться  безвременным нежданным ненастьем. Это заставляет  великорусского крестьянина спешить, усиленно работать, чтобы сделать много в короткое время и вовремя убраться с поля, а затем оставаться без дела осень и зиму. Так великоросс приучался к чрезмерному кратковременному на- пряжению своих сил, привыкал работать скоро, лихорадочно и споро, а потом отдыхать в продолжение вынужденного осен- него и зимнего безделья. Ни один народ в Европе не способен к такому напряженному труду на короткое время, какое может развить великоросс; но и нигде в Европе, кажется, не найдем такой непривычки к  ровному, умеренному и размеренному труду, как в той же Великороссии».

— склонность к ретроспективной рефлексии с самообвинения- ми — крепость «задним умом» в ущерб навыкам рациональ- ного планирования и  прогнозирования жизни.  Житейские неровности и случайности приучали к большей потребности обсуждать пройденный путь, чем пытаться заглянуть вперед, быть осмотрительным, замечать следствия и развили способ- ность к  остро критичному  анализу и самоанализу прошло- го при одновременной неспособности  планировать будущее, подчас до отрицания самой возможности его предвидения и прогнозирования.

Данные современных социально-психологических исследований подтверждают: особенности российской ментальности связаны с ее положением на перепутье между индивидуалистическим Западом и

 

тотально деиндивидуализированным Востоком, что обусловило по- явление особого типа деиндивидуализированного человека.

Приведем также результаты нескольких исследований, выпол- ненных в 90-х годах 20 века:

1. Морально-правовые суждения (1996 г.).

У представителей различных этно-культурных групп имеются межкультурные вариации в отношении к закону и морали. С точ- ки зрения российской ученой С. В. Лурье существует центральная зона ментальности, которая состоит из локализации источника до- бра, локализации источника зла и представлений о способе дей- ствия, при котором добро побеждает зло. В традиционной русской ментальности источником добра рассматривалась община, а ис- точником зла, находящемся в постоянном конфликте с народом, являлось государство. Как следствие, в российской ментальности законы, устанавливаемые государством, не всегда воспринимают- ся как нравственные и рационально оправданные. Поэтому в каче- стве компенсации начинают выступать ориентации на моральные нормы, милосердие. Данный факт можно обнаружить зафиксиро- вавшимся даже в пословицах и поговорках («Судить не по закону, а по совести»), отраженным в литературных произведениях. О час- том противопоставлении нынешней молодежью закона и совести говорят и современные исследования.

2. Отношение ко лжи (1995).

Результаты исследования В.В.Знаковым причин лжи у амери- канцев и русских показали наличие многих общих мотивов пове- дения: лжи из корыстных побуждений, страха унижения, желания избежать наказания или повысить свой авторитет. Однако были выявлены и некоторые различия, основное из них заключалось в отношении американцев и русских к вмешательству в личную жизнь — первые  во многих случаях старались сохранить в непри- косновенности внутренний мир, тогда как для вторых было намного естественнее отвечать на вопросы, касающиеся личной жизни. Эти психологические особенности были проинтерпретированы автором как проявление двух типов понимания лжи: морально-правового и субъективно-нравственного (характерного для россиян).

3. Отношение к труду (1996 г.).

В рамках Всемирного исследования трудовых ценностей были выделены основные детерминанты трудовой активности человека:

 

общественная польза, духовные ценности, материальные ценнос- ти,  личные интересы. Основными, наиболее характерными ис- точниками трудовой деятельности  у  представителей  различных этнокультурных групп являются материальные ценности и личный интерес. Но  у  представителей  российского этноса данное пре- валирование выражено сильнее. Указанные результаты, скорее всего, являются ситуативными, характерными для нынешней эпохи перемен, и могут быть объяснены, прежде всего, сложной экономической ситуацией в стране (время проведения исследова- ния — 1996 г.), когда на первое место для многих россиян вышли проблемы, связанные с резким ухудшением уровня жизни, сниже- нием покупательской способности, инфляцией, безработицей. Кро- ме того, декларативный упор на ценности — «общественная  поль- за», «духовные ценности», провозглашение лозунгов приоритета духовных ценностей над материальными (что имело место на про- тяжении семидесяти лет существования советского государства) вызвало, в конечном счете, негативную окраску этих ценностей и привело к их дискредитации.